Кровь ведьмы

Новый день родился и вступил в свои законные права до наступления следующей ночи. Птицы распевали свои трели, приветствуя солнце, в высокой траве стрекотали кузнечики.

Впереди на пригорке показался дом Зарины, к которому вела хорошо утоптанная тропинка. Власа обернулась и, убедившись, что Мирон не отстал, ускорила шаг. Добравшись до дома, она открыла дверь и прошла вовнутрь. Мирон последовал за ней.

В доме пахло свежим хлебом, травами и горячим супом. У печи крутилась Зарина, напевая себе что-то под нос.

Услышав шум, она обернулась и удивлённо уставилась на Мирона.

– У него кашель сильный. Вернулся с того берега реки, а наши деревенские прогнали, подумали, что хворь, – с порога объяснила Власа.

– Да нет у меня никакой хвори! Один дурак сказал, остальные подхватили, – тут же оскорбился Мирон и хрипло закашлялся.

– Хвори, нет, говоришь… – задумчиво посмотрела на него Зарина. – Ну, садись к столу тогда, поешь с нами, там видно будет.

– Я за отваром только зашёл или что там у вас от кашля есть, – заспорил Мирон, не спеша проходить на кухню.

– А потом пойду в Ольховку за рекой.

– Думаешь, тебя там примут хворого? – засомневалась Зарина, расставляя плошки на столе, пока Власа мыла руки в бочке.

– Не хворь у меня! И там народ поумнее будет, чем в Заречье. Друзья у меня в Ольховке, я у них был, – проворчал Мирон, мрачно глядя на Зарину.

– Ну, коль так, сварю тебе после еды снадобье, да иди по добру по здорову, – пожала плечами Зарина.

– Наставница… – хотела было вмешаться Власа, но Зарина её остановила.

– Мы никого силой не держим. Хочет идти, пусть идёт. Только снадобье обождать надо, к полудню будет, а пока сядь с нами, – обратилась она к Мирону.

Он кивнул и выбрал самый дальний стул у стены. Власа в это время разделила на всех небольшую буханочку чесночного хлеба и тоже села.

Суп оказался сытным и наваристым, хоть и без мяса. Впрочем, Власа была к тому привыкшей. Редко мясо у них перепадало к столу – своей скотины не было, кроме козы, а курицу забивали только на праздник.

Иногда правда перепадали рёбра какого-нибудь барашка, если кто-то из деревенских решал поделиться в благодарность за лечение.

– Как там отец твой? Здоров? – спросила между делом Зарина у Мирона.

– Здоров, чего ему будет… – хмуро ответил он.

– А ты с чего кашлять начал? Давно? – продолжала выведывать Зарина, доедая суп.

– Со вчерашнего дня.