Умница для авантюриста

Нежная кожа, доставшаяся по наследству, пылала факелом. Не важно: сердилась ли я, стыдилась ли – предательский румянец превращал меня в боевое знамя великих предков.

– Ну да, – съязвила, не удержавшись, – а дверь вам святой Антониус распахнул, дабы преклонили вы колени и голову, найдя ночлег именно в этой обители!

– Зачем же Антониус? Сам открыл, сам вошёл. Наиболее подходящее помещение, что нашлось неподалёку от того места, где я очутился.

Его хладнокровием без усилий можно железо резать.

Это возмутило меня ещё больше. Я открывала и закрывала рот, как бессловесная рыба. Кажется, и звук издавала такой же, шлёпающий: «па-па, па-па».

– Мисс Пайн, я не собирался ничего красть. Обманывать вас мне тоже ни к чему. Если хотите, можете проверить мои карманы и убедиться: я не взял ничего. Да мне бы подобное в голову не пришло.

Он смотрел проникновенно. Абсолютно открытое доброжелательное лицо. Шулер – не меньше. Но я почему-то успокоилась. Фыркнула неприлично.

Что он мог украсть? Разводной ключ или гайки с болтами? Самая великая ценность стоит неприкосновенной. И вряд ли он понимает, что мог бы неплохо заработать, если бы украл мой ЖМОТ. Да что там заработать – прославиться, если он не простой воришка.

– Мой э-э-э… кролик голоден. Я просил вас об одолжении: нужен горшок с землёй.

Звучало, как мягкий приказ. Радужный зайчик у груди пискнул, и я, как распоследняя дура, отправилась на поиски указанного предмета. Странный тип по имени Гесс Тидэй пошёл за мной вслед.

В общем, с флорой я дружила не очень, если честно. В доме водилась пара-тройка гераней, но занималась ими исключительно миссис Фредкин. Она цветы приволокла в дом, она и ухаживала. Я же изредка совала нос в пышное соцветие, чтобы полюбоваться. Ни разу лейку в руки не взяла.

– К сожалению, вряд ли смогу предложить горшок. Но, может, сгодится вазон? – спросила, ни на что не надеясь.

Два вазона стояли на входе, охраняя двери в дом.

Ими тоже занималась домоправительница, но на них у неё не хватало то ли времени, то ли внимания, поэтому периодически появлялись, а потом исчезали цветы. Вот, кстати, совсем недавно радовали глаз петунии, а сейчас снова одна земля чернеет.

Кролик радостно хрюкнул. У странного типа потеплели глаза – тёмные, как густое вино столетней выдержки. Он прищёлкнул пальцами и удовлетворённо изрёк:

– Как раз то, что нужно. Вы чудо, мисс Рени.