Некромантия для чайников

– Отнять – как же, – послышался тихий смех. – Они всерьез думали, что связав, меня можно лишить магии.

– Связав?

– Считается, что существует всего три способа управлять силовыми потоками. Одни маги делают это при помощи рук, как ты, например. Другие, более сильные, влияют на потоки взглядом. Третьи – заклинатели, используют голос. Но на самом деле можно обойтись и без всего этого. Каким бы инструментом ты не пользовался, управление идет от мысли. Все остальное, ритуалы, заклинания, знаки – второстепенно, всего лишь способ сосредоточиться.

Самые сильные маги называют все три способа костылями. На каком-то этапе они нужны, но приходит время, когда проще без них. Я, конечно, не самое могущественное существо, но вполне могу обходиться без костылей.

Я прекратила, наконец, всхлипывать и с интересом посмотрела на магистра. Щеки все еще были влажными, вытерлась ладонями, немного отстранилась от промокшей рубашки, выровняла дыхание.

– То есть Вы при помощи силы мысли освободились от пут?

– Можно и так сказать.

Когда-нибудь и ты этому научишься, – магистр погладил меня по волосам и ссадил со своих коленей на каменный пол, решив, что я уже в достаточной степени пришла в себя.

Нас заперли в тесном помещении, освещенном желтоватым искусственным светом, заключенным в стеклянную колбу, без окон и мебели с одной металлической дверью с небольшим зарешеченным окошком. Источник света был нестабилен, постоянно моргал и менял яркость, от чего начинало рябить в глазах. Неприятный такой свет, болезненный, придающий лицу магистра нездоровую желтизну, да и моему, наверное, тоже.

– Мне не нравится их магия, – произнесла, глядя на лампочку.

– Это не магия, – усмехнулся магистр, – это электричество. В лампочке столько же магии, сколько в грузоподъемном вороте. Древнее устройство. Когда-то подобное освещение использовалось повсеместно. Но последние электростанции были разрушены еще до основания Асшийской Империи. Интересно знать, откуда Орден берет электричество...

– Что за электричество?

– О, как бы тебе объяснить, – не понравилась мне его улыбка, снисходительная, будто я умом неполноценная.

– Это такое... явление, – ох, как же трудно он подбирал слова. – Есть такие маленькие частички, очень маленькие, вот они имеют заряд, движутся в проводнике... – он оборвал фразу, замолчал, потом все-таки продолжил. – Это как вид энергии, – снова пауза, а я взираю на него жадными до знания глазами. – Вот ты молнию видела? – кивнула. – Это и есть электричество. Только очень мощное.