Выжья Сечь II. Месть ведьмы.

- И чавой-та тебе не сидиццо на одном месте? Ерзаешь, будта под подол устюков колючих набрала.

      - Поговори мне, - рассмеялась Маришка, обтирая руки о передник. - Комес встал ли? Можа пора поскребстись к ему в дверку осторожненько? Чай не пил и не ел вчера, болезный. Надоть ему отвару укрепляющего отнесть, слышь ли, бирюк старый?

      Прищурив глаза, кмет ухмыльнулся, старательно сжимая оставшимися зубами мундштук трубки. С прошлого вечера в замке почти до вторых петухов никто спать не ложился.

Все ждали, уж не разойдется ли комес, не начнет ли бить посуду да изрыгать ругательства, от которых волосы дыбом вставали да в горле ком перекатывался.

      - Собери поднос, язва, - буркнул кмет, приваливаясь к нагретому каменному боку печи. В очаге, в огромном котле тушилась зайчатина с овощами, собранными поутру расторопной кухаркой. - Отнесу вскоре.

      Суетясь вокруг стола, Маришка мельком глянула в распахнутое оконце, поднесла ладонь к глазам, закрываясь от солнца.

      - Ужоль мазель Каля то в саду гулять изволят? Рано-то как встала...

      Кмет хмыкнул, выпуская изо рта дым колечками.

      - Почитай, ишшо и не ложилась со вчерашнего, - сказал старик. - Ввечеру все по замку бродила, ровно тень. Потом в библиотеке старого комеса сидела до третьих петухов.

      - Откель знаешь? - Обернулась Маришка.

      - Не спалося, - растянул губы в улыбке старик, - видел, как оне со свечой читали до раннего рассвета.

Дважды приходил проверить, уж не страслось ли чего с девицей? Ан нет, токмо хмурая больно была, да печальная. Потом, видать чегось надумала, свечу задула, да вон из замка подалась. Под деревком прикорнула, в травке лёжучи. Ну а после я не видал, - пыхнул трубкой кмет, - сон и меня сморил.

      - Позвал бы мазель к завтраку, - покачала головой Маришка. - Ить она вон какая худенькая, да и со вчерась маковой росинки во рту не держала.

А ну, кыш, - замахала руками на старика Маришка, - расселся, ровно пень. Иди, зови молодую госпожу откушать, чем богаты! Да комеса подымай, колода ты старая.

      - Цыц, женщина! - Выпрямив спину, гаркнул старый кмет. - Ты жа меня помоложе бущешь, а глазья штоль не глядят совсем? Вон хозяин наш! Сам в сад пожаловал. Какого ляду-то мне там делать? Пущай погутарят о своем, о господском.

Глава 6

В то утро комес поднялся еще до рассвета.