Выжья Сечь II. Месть ведьмы.

Глава 14

     Безопасную пищу путешественники раздобыли спустя три десятка палаток, сотню горланящих, веселящихся людей и несчетное количество торговцев, кишащих среди прогуливающихся горожан гуще, чем блохи на старой шубе.

      Привередливая Сколопендра долго рассматривала лоточников, шныряющих в толпе с коробами, полными съестного, пока не остановилась на румяной, моложавой торговке с резным подносом. По крайней мере у этой были чистые руки и одежда, и приветливый взгляд, а еда, с пристрастием осмотренная полудриадой, не вызвала подозрений даже у предубежденного Казимира.

      Бросив в чашку для мелочи серебряную полукрону, спутники получили по свернутой кульком большой лепешке, доверху наполненной вареными яйцами, рисом и зеленью. В придачу торговка дала Кале два красных сладких яблока.

      Устроившись на крошечном свободном пятачке за палаткой продавца сладостей, Каля глазела на толпу, слушая многоголосный шум, не стихавший в Кранковиче с самого приезда.

      - Хочу зверушек посмотреть, хочу зверушек!

      Сколопендра повернула голову вслед кметке с ребенком. Держа в перепачканной подтаявшей глазурью руке леденцового петушка, мальчишка дергал мать за подол, изо всех силенок порываясь довести родительницу до огороженного цепочками куска под стеной. Наморщив нос, Сколопендра принюхалась. Пахло шкурами, навозом и острым, неистребимым духом хищного зверя, какой не перебить ни цветочной эссенцией, ни стойким запахом тушеной капусты.

      - Пойдем-ка и мы глянем, - обтирая пальцы о штаны, предложила Каля. - Вон как зазывала глотку дерет. Народ так и валит!   

   Мимо текли целые людские потоки, собираясь все в одной точке. Привстав на носки, Казимир, которому рост позволял видеть поверх голов, различил небольшую огороженную площадку, примыкавшую вплотную к крепостной стене.

      Сколопендра, поправив волосы и полюбовавшись на браслет, обвивший кисть, нетерпеливо сверкнула глазами, заставляя Казимира со вздохом взять её за руку.

      Пробираясь через толпу, комес все гадал, когда у дриады, наконец, кончится запал. Каля носилась по городу, словно избалованный ребенок, желающий разом ухватить побольше чудес здесь и сейчас. Наползавший вечер нисколько не тревожил разбойницу: судя по не стихающему веселью, ярмарка в Кранковиче гуляла и ночью тоже.