Дорога за горизонт. Где ты, враг мой?

В здание драконица за своим всадником не пошла – «Там и без меня будет не повернуться», но весьма удобно устроилась в поставленном нарочно для нее шатре близ дворца, где не было недостатка в компании и угощении.

Люди и элро же проследовали под крышу.

– Все так красиво нарядились, что я никого почти не могу узнать, – шутливо пожаловался Амир, когда они прошли во дворец.

– Не обманывай, – погрозила пальцем ему Айду, а Кира только хихикнула:

– Если что, аргшетрон, можешь спрашивать у меня или вот у сестры – познакомим заново!

– Ну, я думаю, до такого не дойдет, – посмеялся и Амир.

 – Но должен же я был как-то отметить, что все столь ослепительно хороши, будто из сказок и преданий прямиком вышли! Кира, тебе безумно идет этот бледно-золотой цвет! Ты – точно рассветный луч, а Айду ровно в краски заката ветреной и холодной поры облачена, глаз не отвести!

– Это ты еще мою ма, то есть, королеву Мааркан Ла Гаэль, не видел, – вздохнула Кира счастливо. – Я ее тоже не помню такой чудесно прекрасной, даже с парадных портретов!

– И даже на свадьбе с нашим отцом королева Айлла держалась куда как более зажато, оттого да, пожалуй, сегодня она, в самом деле, куда как более хороша, чем даже тогда, – подтвердила Айду.

 – Киры еще не было, а я помню, и это в самом деле так.

– Айду, с тобой все равно никто по красоте не сравнится, – шепнул на ухо ей Амир, и старшая принцесса явственно расцвела от этих слов, хотя снова в шутку погрозила пальцем.

За светской болтовней они незаметно влились в общую массу народа в Главном Зале.

Сколь бы Амир не был занят беседой, а все же по сторонам он смотреть успевал. И натурально чуть не подпрыгнул от удивления, столкнувшись буквально нос к носу со жрецом в непредставимо пышном и богатом, но при том невероятно странном облачении – сверху нечто ослепительно-алое с белым, вычурно отделанное серебром, а нижний слой одежды – черный, сумрачный, непроглядный, как предзимняя ночь. И Амир его почти мгновенно узнал. Юэнн, жрец из затерянного в лесах южных гор святилища Крэссан-на-Лиа, отшельник, почитающий Зора, побратим Тирна и Мэла – один из тех, у кого Амир учился совладать со вторым своим обликом.

Молодой конунг во все глаза уставился на жреца. Тот же не подал виду, что узнал в ответ – только с непроницаемым лицом поклонился и произнес:

– Доброго праздника, аргшетрон. Доброго праздника и вам, принцессы и добрые господа.

– Это же… – Кира, к слову, тоже опознала встреченного.