Дикая магия. Кукла для профессора

А вот ноги из открытой двери, и впрямь, торчали. В количестве четырех. И в ботинках.

К ногам прилагались неподвижные тела двух мальчишек лет тринадцати.

– Мари! – прохрипела я и зажала рот, пытаясь задавить вопль в зародыше.

– Не делай поспешных выводов, – сосредоточенно пробормотала женщина, склоняясь над телами. Она и сама стала белее снега. На контрасте с зелеными лицами пострадавших это было особенно заметно. – Дышат. Беги наверх, Анна. Приведи Андрея. Я понятия не имею, что растет в его новой оранжерее и чем отравились эти мальчики.

***

Пока добежала до четвертого этажа, успела успокоиться и согреться. Снег меня нервировал и рисовал в сознании страшные картины. Мари права, мальчики просто наелись незнакомых ягод и отравились. И зеленый оттенок кожи, так меня перепугавший, – лишь очередной симптом. Сейчас подберем антидот по ее модной книжке, и все будет в порядке.

Пробарабанила в дверь и, не дожидаясь приглашения, вошла внутрь. Строгий, подтянутый силуэт Карпова обнаружился у окна.

Он стоял спиной ко мне. На подоконнике с важным, горделивым видом – будто принесла невероятно ценную весть – сидела Джильберта. Увидев меня, ламбикура ощутимо напряглась и начала переминаться с ноги на ногу.

– Не поздновато для посещений, мисс Дэлориан? – с иронией проворчал профессор.

Глаза у него на спине, что ли? Или аромат моего «цветочного мозга» чувствуется издалека?

– Я на дежурстве, сэр, – нервно ответила я. Часы показывали одиннадцать. Не хватало еще, чтобы Демон решил, будто я по своей воле пришла к нему в столь поздний час.

– Меня послала госпожа Пламберри. Нужна помощь кое в каком вопросе.

– Внимательно слушаю, – серьезно ответил Карпов и повернулся.

– В седьмой теплице нашли без сознания… – начала я и запнулась.

Из-за спины профессора появилось существо. Оно топталось по подоконнику, склевывая с серебряного подноса остатки лакомств. Но, услышав меня, замерло и подняло курчавую головку. Мир тут же сузился до двух розоватых глаз с крошечными молниями внутри.

Не было ничего важнее их. И нужнее.

Мысли бодрым маршем покинули голову. Все до одной. Осталось лишь ощущение полного счастья, эндорфиновым хором прокатившееся по мышцам.

– Продолжайте, мисс Дэлориан. Судя по всему, ситуация серьезная.

Напрочь позабыв, зачем пришла, я продолжала разглядывать крошечного ламбикура. Без сомнений, это был птенец Джильберты – курчавое оперение в цвете «баклажан», темно-рыжий клюв, смешные кисточки ушей.