Мир проклятых. Каменный Дагар.

Морок помогает скрыть истинный вид.

– То есть, они видят не божество, а мага?!

– Вроде того. До этого, они и как правителя меня не видели. Только с тобой, они не ощущают от меня давящей силы. Правители более сильные создания, но и они могут находиться рядом, не более пары часов, – пожал плечами Рэндал, – поэтому для нелюдей в каждом мире есть храмы, где могут оставить свои просьбы о помощи. Им незачем видеть меня.

– А вера имеет значения? Ну, они верят и ты сильный, не верят слабый?

– Странное предположение, – хмыкнул он, – нет, если в меня перестанут верить, ничего не изменится.

Я лишь создатель миров, нелюдей я не создаю. Я предоставляю им место для существования. Они должны верить в Богов, а я эту веру укрепляю, помогая им.

– Ты слышишь молитвы?!

– Нет кроха, в храмах живут хранители. Они и выслушивают проблемы нелюдей. Что могут решить сами, делают. Что не могут, разбираюсь я.

– Ты всем помогаешь что ли? Без разбора?!

– Нет конечно, – хохотнул он, – просьбы бывают не выполнимые, а порой безрассудные.

Я помогаю тем, кто в этом действительно нуждается.

– Я обязательно изучу эту тему. Хотя, еще вопрос. Меня то видят нормально? Мне есть смысл скрывать, что я Саэйни?

– Можешь не скрывать, это лишь укрепит связь с народом Дагар. Для них Саэйни, практически как божество.

– Угу, я не хочу скрываться, – пробормотала задумчиво, – пусть знают, что я есть и кто я такая. А у божеств есть библиотека? Лучше, чтобы общая, всей системы миров, – развела руками, показывая желаемый разбег.

Ударила Рэнди по носу нечаянно, но не сильно. Мотнул недоуменно головой и забрал ведерко с вкусняшкой себе.

– Муж называется, отдай холодненькое! – потянулась за ведерком, а он увернулся и лыбится сидит, – я укусить могу!

– Я тоже, любовь моя, – усмехнулся и укусил, за руку. Мурашки затопчут сейчас, как слоны носятся по мне от его горячих губ. Нежно же укусил.

– Мне нужна скорая помощь, – вытерла место укуса и дополнила, – собаки могут заразить бешенством!

– Ну спасибо, – хохотнул он, – жена называется.

– Меня сосед, вообще сукой назвал! А мне и возразить нечего!

Пока Рэнди ржал, забрала ведерко и ложку. Моя вкусняшка!

– Кроха, мне тут Далимир жаловался, что поешь ты не очень, – сидит, ухмылку наглую растягивает, словно он отзывался лучше.

– И че? Пусть жалуется, – фыркнула я.

– Я ему тоже сказал, чтобы радовался, что ты стихи ему не читала, с выражением.