Странствия Биггвира

Еще раньше он понял, что в пылу битвы начал отступление в неверном направлении, оставив гигантского орла и своих друзей по другую сторону горы. Что же теперь поделаешь, придется как-то выкручиваться. Биггвир вздохнул и вдруг услышал в отдалении речь горных эльфов, одновременно ощутив эмоции злого торжества.

Обратившись в слух и удесятерив осторожность, Биггвир подкрался к толстому дереву, за которым на полянке разворачивалась интересная картина. Четверо горных эльфов, поймав в сеть гнома, глумилась над ним, потешаясь и решая, убить его сразу или же для начала как следует помучить.

Бородатый гном в рабочей одежде, весь оплеванный и избитый, сидел посреди поляны, скованный сетью и хмуро смотрел на своих мучителей.

- А спорим, я этому карлику за один взмах меча бороду отхвачу? – веселился один из эльфов.

- Смотри, голову вместе с бородой не прихвати, - хохотал другой.

- Ну а что, может, мы его к остальным притащем?

- Да зачем, все равно все они не жильцы уже… давайте лучше как следует развлечемся!

Эльфы хохотали, сбрасывая напряжение битвы, в то время, как Биггвир задумчиво смотрел на последние четыре зачарованные стрелы, сиротливо выглядывавшие из его зеленого расписного колчана.

Если я промахнусь хотя бы одной стрелой, думал лесной эльф, мне конец. От изогнутых, тонких и гибких, как змеи, клинков горных эльфов мне не уйти. В то же время, жалко того гнома, они ведь убьют его, рабовладельцы проклятые… Может, лучше тихонько обойти это место трагедии одного гнома стороной? Горные эльфы как раз пока что заняты.

Биггвир глубоко вздохнул, успокаивая мысли и прислушиваясь к своему сердцу. Сердце, вся его душа рвалась помочь несчастному гному, волею судьбы ставшему случайной жертвой четырех эльфийских отморозков. Биггвир еще раз вздохнул. Нет. Не может он бросить в беде страдающего в то время, когда есть шанс помочь. Даже если проигрыш будет стоить ему жизни. Юный эльф вытащил из колчана последние четыре стрелы и наложил их на тетиву.

***

Гном сидел в сетке, мысленно отстранившись от эльфов, выбирающих наиболее долгий и мучительный способ его казни.

Он вспоминал жену и детей, благоразумно оставленных в Свартальвхейме – городе нижних альвов, двергов или гномов. Хоть жена его и отговаривала, Яри решил уйти на заработки в дальние штольни, где, как говорили, платят впятеро дороже. Гному, едва сводящему концы с концами, и при этом имеющему четырех детей, это предложение показалось настоящим светом в конце длинного тоннеля жизненных неудач.