Меж молотом и наковальней

Надеюсь, что эти милые гости не по мою душу. Хотя надейся, надейся.

Гости в Магистрате, пожалуй, были явлением редким. Такие — тем более. Я смотрела на большой грузовик на площадке перед домом и глазам своим не верила. Скажите на милость, кому и зачем понадобились эти странные штуковины, что выгружали из машины?

— Это еще чего? — спросила я.

— Я-то догадываюсь, но вслух говорить, пожалуй, не буду. Дом твой, — точно мой? — тебя спрашивать и надо. Я только привез нашу заблудшую Катю. И слава тебе Господи, что без приключений.

Еще и издевается. И хоть бы он один… я уже и не удивилась, когда сзади раздался насмешливый голос вездесущего Призрака:

— А я думал, ты на бал ехала, оказывается, как всегда, за приключениями!

Не ну… я что виновата, что нигде не могу появиться и не влипнуть? Судьба у меня, увы, такая. С самого детства за собой эту черту знала и никого меня тащить на этот самый бал не просила! Даже напротив!

Впрочем, в чем-то и Саша, и Призрак, увы, правы, праздник Саше и Ли мне испоганить, увы, удалось.

— Я на бал и ездила, — ответила я, не спуская взгляда с двух накачанных мужиков, которые невозмутимо понесли к широко распахнутым дверям моего любимого дома нечто, напоминающее большую дверцу холодильника.

Мужики были симпатичные такие. И столь неуместные в нашем Магистрате. Но хоть явно не одни из бессмертных, и на том спасибо.

— Ага, так я тебе и поверил, — хмыкнул Призрак. — Это именно потому ты вернулась с большущей шишкой на лбу, а Машка опять своих друзей подняла… чтобы тебя из неприятностей вытянуть.

Мне показалось или в голосе Призрака и в самом деле был укор? Неприятности? У меня или из-за меня?

— Неприятности уже закончились, не волнуйся, — несколько более резко, чем оно было необходимо, ответила я, потрогав шишку на лбу.

Да, выгляжу я, конечно, после этого бала не ахти. И чувствую себя не лучше.

— Неприятности только начинаются, — хмуро ответил Саша.

И я с ним почему-то мысленно согласилась. Даже из машины выходить было не охота, но пришлось: Саша уже посматривал на меня косо и ему явно не терпелось вернуться к Ли.

Дождь уже закончился, и солнце палило немилосердно, как и слова Призрака и Сашки. Но моих переживаний, казалось, никто не замечал: Призрак застыл передо мной, провожая настороженным взглядом работающих грузчиков, Сашка открыл дверцу машины и осторожно достал с заднего сиденья мое бальное платье, аккуратно убранное в чехол.