Меж молотом и наковальней

Блондинка, что-то щебеча, закрыла зонтик, обе опять вспрыснули от смеха, уселись за столиком рядом. Я отвернулась к окну. Что-то шлепнулось. Сумка. Я нагнулась, чтобы ее поднять, но брюнетка была быстрее:

— Ой, — вскрикнула она и подняла сумку, вновь устроив ее за спиной на стуле.

А блондинка нагнулась и подала через стол незамеченную подругой коробку, что выскользнула под ее стул.

Ты мой героин, без тебя одиноко!

Ночами не сплю — говорят, это плохо.

Ломает любовь, разлетаюсь на части!

Я в твоей власти, ты в моей власти!

Надо же, как репертуар изменился… да и мне как-то сразу стало легче.

Интересно. Ведь в коробочке оказалось нечто, что мне было крайне близко и знакомо. Карты Таро. Новое веяние моды, которые эти две милые студентки, кажется, всерьез не воспринимали. А зря.

Девушки заказали мороженное, в такую холодрыгу!

А я попросила у симпатичной официантки тарелку горячего супа. Есть почему-то сразу захотелось. Да просто посидеть в кафе захотелось. Тем более, что кто-то приглушил радио и теперь музыка не травила так и без того заходившуюся тоской и одиночеством душу.

— Оля, погадай! — попросила блондинка, подвинув к подруге так и оставшуюся лежать на столе колоду.

— Нет, — покачала та головой.

— Ну Оля! Ну пожалуйста! Ну же…

— Говорю же тебе, я еще не умею! Это книжки надо почитать… не так и просто.

«Это надо «чувствовать», девочка», — мысленно поправила я. И вдруг вспомнила свои первые уроки с картами… учила меня Алина. Вернее, надолго оставляла в комнате, заставляла «вслушиваться» в карты.

Оставляла фотографии неизвестных мне людей, потом долго выпрашивала… кто это, жив ли, здоров, чем сейчас озабочен? И закончились уроки лишь тогда, когда я почти перестала ошибаться.

— Ну хотя бы попробуй! — пропела светловолосая. — Пл-и-и-и-из! Ну не будь занудой!

Брюнетка кивнула и потянулась к колоде. Я вздохнула. Колода была новой и даже, казалось, пахла типографией. Неправильно. Глупо. Такие карты должны сначала привыкнуть к владелице, а для этого к ним надо относиться с почтением, о чем брюнетка, похоже, понятия не имела.

Потому и бросала колоду так запросто в сумку, вместе с фантиками и грязными, скомканными бумажными платками. Потому и позволяла ей упасть на пол, вовсе не думая, что карты могут «обидеться» и в отместку начать врать, если чего и не похуже. Да и выполнена колода, я горько вздохнула, в стиле манги. Дожили! И сюда японщина добралась.