Тайна дома Гленнон-Хайтс

Сильнее этого ощущения было только чувство того, что мне здесь не рады.

Голоса снаружи стали громче, и Люси, Бен и Джейни снова занялись делом. Они, казалось, не удивились и не испугались, вместо этого так сосредоточенно занимались уборкой, словно полная посудомойка могла бы исправить ситуацию. И даже Джейни не обернулась, чтобы заговорить со мной. Я незаметно улизнула в гостиную и написала своей маме: «Кажется, тебе стоит меня забрать».

Я увидела, как на экране прыгают круглые точки: мама размышляет над ответом.

«Все нормально?»

Как только о ситуации узнает моя мать, она сразу же превратится в Историю. Это было очевидно. Она терпеть не могла шумиху любого рода. И уже начала беспокоиться, не слишком ли много времени я провожу с Джейни. «Вы стали совершенно неразлучны, – говорила она мне этим утром. – Солнышко, тебе повезло иметь так много друзей. Не позволяй себе потерять их, увлекаясь кем-то новым».

Всего через несколько минут моя мать появится на пороге и увидит пятно позора, покрывающее наших доселе безупречных новых соседей.

А я не хотела давать ей повода недолюбливать Джейни еще сильнее. Так что я попыталась как-то снизить накал страстей и несколько раз стирала и переписывала свой ответ. Наверное, это еще больше ее встревожило, так что она написала: «Что-то с Джейни? В чем дело?» Точки мигали, ожидая моего ответа.

«Нам пригодился бы твой совет», – наконец написала я. Потом сообразила, что это совершенно ничего не проясняет, но решила, что будет проще объяснить на месте.

Если бы я написала что-то типа «Донахью получают угрозы по почте», мама точно сочла бы это чересчур претенциозным.

Когда я вернулась в кухню, Люси и Джейни сидели за столом, а Бен примостился на ступеньках, ведущих наверх. Когда миссис Донахью показывала мне дом, то сказала, что эту лестницу сделали такой узкой, потому что в прошлом ею пользовались слуги.

– Разве слуги были такими маленькими? – непонимающе спросила я.

– Нет.

 – Она рассмеялась. – Просто никого не интересовало, будет ли им удобно.

Поначалу я думала, что жить в доме с потайными коридорами и секретными лестницами – это очень круто. Но, сидя тут в ожидании приезда мамы, я заново оценила привлекательность всех этих темных углов и потайных каморок. Раньше неловкость от того, что я в чужом доме, не давала мне испугаться. Но сейчас, стоило мне вспомнить тщательно выведенные чернилами слова, сердцебиение учащалось.