Ключ от магии или Нимфа по вызову

Да, моя красавица? - Нойра бесстрашно похлопала 'это' по необъятному крупу, погладила морду, а рыжая гора мышц только умильно щурилась и ласково тыкалась носом в ладони женщины.

- На! - Нойра без долгих разговоров сунула мне в свободную руку здоровенную морковку. - Покорми ее. Да не стой ты, как статуя! Что, лошадь никогда не видела? Покорми, погладь, вон сбрую поправь. Николас, еще раз так взнуздаешь - я сама на тебе поеду! В общем, знакомьтесь, Зельма тебя не обидит, она у нас умница, - и Нойра отошла, больше не обращая на меня ни малейшего внимания.

Я осталась стоять с поводьями в одной руке, здоровенным корнеплодом в другой и единственная мысль, крутившаяся в моей голове, была о том, что в любимой детской книжке, читанной-перечитанной еще до школы, тоже была какая-то Зельма, мгновенно переименованная автором в 'Шельму'. Ох, чует мое сердце, не зря оно так созвучно.

Зельме-Шельме надоело ждать, когда я додумаю свою мысль, и она решительно цапнула сочную морковку, с хрустом откусив ее в миллиметре от моих оцепеневших пальцев.

Не знаю, что уж меня в этот момент, что называется, торкнуло, но я выдохнула застрявший в горле шершавый шарик воздуха и в свою очередь, угрюмо таращась кобыле прямо в морду, смачно вонзила зубы в оставшуюся половину морковки.

Лакомство оказалась сладким, сочным и… немытым. На зубах хрустела оранжевая морковная плоть и земля, и я не сразу обратила внимание, что хрумкаю в гордом одиночестве.

Кобыла перестала двигать челюстью и смотрела на меня по настоящему изумленными глазами. Постепенно удивление в ее взгляде сменилось легкой заинтересованностью, и она опять потянулась к остаткам корнеплода в моей руке.

Дурдом на выезде - мы с лошадью наперегонки вгрызались в несчастную морковь, причем я даже отпихнула шумно сопящую морду, когда Зельма-Шельма попыталась цапнуть вожделенный овощ без очереди. Последний огрызок с зеленым хвостиком ботвы кобыла победно зажевала целиком и одарила меня торжествующим взглядом.

Положительный момент этого соревнования зубастиков обнаружился после того, как я отплевалась от скрипевшего на зубах песочка. Рыжая кобылища как-то потеряла свои бронтозавровые пропорции и уже не казалась такой огромной. Обыкновенная...лошадка. Большая. Правда, морда у нее… все равно несимпатичная, и доверия мне не внушала ни на грош. Взаимно, кстати.