Мне не слабо признаться своему куратору

Вот тебе и новость. Пожалуй, такого я от себя не ожидала, да и магистр Крисдейн тоже. Выражение его глаз в какой-то момент сменилось со спокойно-скептического на довольно сердитое. Смотрит, не отрываясь, на госпожу ректора, как будто его раздражает сама мысль о том, что я его спасла. Мне даже немного страшно.

– В остальном ничем больше не могу вас обрадовать: на вашу жизнь, магистр, было совершено покушение, следствие ведётся тайно и огласке не подлежит. Убедительно прошу вас обоих придерживаться в разговорах со студентами, преподавателями и персоналом официальной версии, которую мы с госпожой Саммерн озвучим сегодня на общем собрании в актовом зале.

Также призываю вас быть осторожными и внимательными и обо всем, что вам покажется подозрительным, сообщать мне или госпоже следователю незамедлительно.

Весь монолог этой милой девушки-ректора звучал как-то слишком натянуто и официально, и магистра Крисдейна это, видимо, тоже задело. Он явно не собирается удовлетвориться предложенным объяснением.

– Госпожа Алатта? – засмотревшись на метаморфозы его настроения, я не сразу сообразила, что нужно что-то ответить.

– Да, да, конечно. Я всё поняла.

Для верности я два или три раза утвердительно кивнула. Напряжение в воздухе тем временем накалялось: магистр Крисдейн перевёл требовательный взгляд на декана целительского факультета, будто бы ждал от него немедленных действий. Тот поймал сигнал, и повернувшись с радушной улыбкой ко мне, продолжил:

– Карса, у вас сегодня освобождение от занятий, но в лечебнице оставаться не обязательно.

Хорошенько отдохните, а завтра в четыре пополудни жду вас здесь, поговорим о ваших новоявленных талантах и нашей дальнейшей работе.

– То есть я уже могу идти?

– Да, конечно. Сегодня никаких нагрузок, ни физических, ни умственных!

Не дожидаясь грома и молний, я выскочила из кабинета и поспешила к себе в общежитие. Мне становилось всё тяжелее находиться в этой атмосфере растущего недовольства магистра Крисдейна, который напоминал грозовую тучу, и меня не обманула показная весёлость декана целительского факультета.

В некоторых случаях лучше руководствоваться правилом «меньше знаешь, крепче спишь». Мне очень любопытно, что же они там будут обсуждать после моего ухода.

Но почему он так хотел, чтобы я ушла? Как будто я кость в горле! Обидно, честное слово.

Альвин Крисдейн

Я в ярости.