Попаданка в Аквамир

Это я даже не как старшая в роду тебе предлагаю, а как женщина, повидавшая плохое и хорошее в своей долгой жизни.

От её слов у меня заныло сердце, перед моими глазами возник образ темноволосого красавца. Из того, что я успела вспомнить уже можно сделать вывод, любовь у нас была. Как казалось, взаимная. Но… почему же он меня отправил на Землю? Этого я не понимала...

— Не грусти, Аурелия. Нужно думать о хорошем. Скоро ты увидишь и обнимешь дочку. Именно это сейчас важнее всего, — решительно проговорила прародительница, заряжая меня флюидами веры в себя.

— И ещё, возьми подарок. Это браслет, что скроет твою брачную метку. В нём есть сюрприз для тебя, девочка. Надеюсь, что хороший, — смеясь, добавила она, создавая на моей руке широкий резной браслет голубого цвета.

Глава 8

Утром, обняв ещё раз маму, я шагнула в созданный стражем портал. Страха, как ни странно, у меня совсем не было, лишь неуемное желание поскорее оказаться в мире, где живёт моя малышка.

Меня встретили яркие лучи голубовато-бирюзовых светил, ласково обнимая свою блудную дочь на родной земле. Оллиан дарил тепло, согревая мою немного озябшую кожу. Ниллиан же окружил меня бирюзовым светом, наполняя чем-то важным каждую клеточку моего организма. Я чувствовала, как маленькие невидимые частички, словно бабочки ластились ко мне, оставляя магическую пыльцу на моем теле.

“Валениумм”, — поняла я, открываясь для такого необходимого мне сейчас элемента.

Без него жить в этом мире невозможно, даже имея такие гены как у меня. Северное светило Валении Ниллиан наполняет валениуммом всё живое: людей, магических существ, растительный и животный мир всей планеты. С первого мига жизни с каждым часом и годом питая самой важной субстанцией весь мир.

Я же по понятной причине была обделена этой удивительной добавкой, которую с таким удовольствием впитывала сейчас моя кожа. Всё те же невидимые бабочки кружили вокруг меня, будто создавая защитный слой своей удивительной магией.

“Наконец-то ты дома, дочь наша”, — услышала я тихий переливистый голос светил, что были рады меня видеть.

Так в эйфории я простояла, наверное, минут двадцать, не реагируя ни на что.

— Аурелия, — пробился чей-то голос сквозь бирюзовую стену, окружающую меня. — Лера, — настойчиво звал кто-то.

— Ещё немного, — попросила я, с наслаждением впитывая в себя ещё чуть-чуть сладкий валениумм.