Попаданка в Аквамир

— Луинианна Ульиния, вы понимаете, что и кому вы сейчас говорите? — холодно произнёс король, глядя на конфетную фрейлину. — Или вы захотели посидеть в темнице недельку-другую? Так это мы организуем, — уверенно добавил он.

— Но... Я же главная фрейлина Её Величества, — надменно проговорила дама.

— Да мне хоть Мама Глическая, — спокойно произнес монарх, замораживая взглядом. — В Натиании только одна власть. МОЯ. Я Король. А то, что возомнила о себе ваша королева, это уже её игры. Хочет она поиграть в “Её Величество” – пожалуйста.

С сегодняшнего дня все, кто попробует отменить мои приказы, вести свою игру за моей спиной, все тотчас же будут покрываться такими превосходными пятнами. Скитлстрянка вам к лицу, дамы. Это уже МОЁ наказание для вас, — и тут же раздался сильный гром, подтверждающий слова Диметриуса.

— Это всё-таки ТЫ! — взвизгнула королева, которая, забывшись, убрала руки от лица, после чего по залу прошелся гул голосов, обсуждающих цветные пятна королевы.

— Что Я? — холодно спросил король, не обращаясь к женщине никак, и это при полном зале веленианцев.

— ТЫ наслал на нас это колдовство, — ответила луинна, которую нервно потряхивало.

— Да как можно? На любящую матушку, которая столько хорошего сделала для меня и королевства, — язвительно спросил Его Величество. — На любящую бабушку, которая обожает свою внучку. Нет, что вы луинна Октавия, разве Я мог такое придумать?

— Тогда КТО? — выпалила королева, вскочив с трона и оглядываясь вокруг.

— Не имею ни малейшего понятия, — спокойно ответил Дим, глядя… как мне показалось, на меня.

— Тогда почему пострадали именно дамы из моего окружения?! — опять закричала луинна Октавия.

— Может, они слишком много “хорошего” сделали для королевства? — насмешливо спросил отец моей крошки. — Да и уверен я, дней через пять сойдут эти украшения с вас, дамы.

— Что? Пять дней? — в ужасе выпалила главная фрейлина, что всё ещё стояла в центре зала.

— А для вас, луинианна Ульиния, оно может и продлится! Помните моё личное добавление к столь замечательному подарку для вас всех? — спросил монарх, вглядываясь в разноцветных дам.

— Но это очень долго! Пять дней! — не успокаивалась королева Октавия.

— Для вас лично добавить срок? — холодно спросил король. “Пять дней или больше, радость моя? Сколько твоё колдовство будет длиться?” — услышала я мысленный голос Дима, который вновь смотрел прямо на меня сквозь экран.

“Не знаю… — растерянно ответила я.