(Не)удачное попаданство

И это навело меня на мысль.

Дальше началось юмористическое шоу под названием «пантомима». Я пыталась объяснить, как меня зовут, откуда появилась и куда теперь хочу попасть. И настолько это было эмоционально, что пару раз даже не удержала равновесие, чем очень сильно развеселила пацанов.

Спустя минут десять я выдохлась. Устало опустилась на землю и решила посмотреть на притихших зрителей.

Эти га... нехорошие зрители тихо ржали надо мной. Разозлившись не на шутку, начала осматриваться в поисках тяжёлых предметов.

Недалеко валялось идеальное оружие — обтёсанная ветка длиной примерно в метр. Поползла к ней. Парни заржали уже в голос. Такого моя тонкая душевная организация стерпеть уже не смогла. Схватив палку, с диким воплем кинулась на них.

Некоторое время так и бегали вокруг костра, пока я окончательно не выдохлась. Подошла к костру, схватила уже немного подгоревшее мясо и уселась тут же. Хоть убейте, но с места не сдвинусь! Мальчишки сели рядом, тоже взяли по куску мяса, и тот, которого я прозвала Первым, указав рукой сначала на себя, а потом на Второго проговорил:

— Чед, Пип.

Ме карар, пере хот и вурд данар ни ви[4].

[1] Кто здесь? Покажись.

[2] Кто ты? Чего тут трешься?

[3] Проваливай, пока ноги держат.

[4] Ты смешная, если хочешь, можешь жить с нами.

Глава 2. Проклятые Боги

Впервые вечером мне не хотелось разговоров. Я лежала на продавленном топчане и смотрела в одну точку. Без мыслей. Хотелось сдохнуть. Никогда не думала, что во мне есть такая жестокость, и теперь я себя ненавидела и презирала.

И друзей. И весь этот проклятый мир.

— Мара, мы тебе чай налили, — Пип опустился передо мной на корточки и заглянул в глаза.

К слову, чаем я это называла по привычке. По факту же это был настой из трав, которые мы собирали летом сами. И жутко экономили. Поэтому заваривали маленькими порциями, растягивая на весь год.

— Как вы можете вести себя как ни в чем не бывало? — зло выплюнула я. — На ваших глазах человека убили, а вы…

Голос сорвался, а в горле предательски запершило.

После чего, не выдержав, позорно расплакалась. Ребята тут же подлетели, принялись неуклюже утешать: Чед гладил по голове, а вот Пип начал ободряюще стучать рукой по спине. И, как ни странно, слёзы тут же прошли от такой суровой мужской поддержки.

— Почему ей никто не помог? — не могла не задать этот вопрос.

— Зачем? — пожал плечами Пип. — Она же маг. Все беды от них. Сгорела и ладно.