Я, два вампира и дракон

Ветки ароматного жасмина тянулись прямо к нескольким столикам на веранде, освещенной парой слабых ламп. В такое время все пустовало, только из-за домов послышался гул двигателя проехавшей машины.

Аполлон прислонился к деревянным поручням, притянув меня спиной к себе и по-хозяйски положив ладонь на талию. Пальцы второй руки пробежались по подбородку к волосам. Шеи коснулось мужское дыхание.

- Какая сладкая девочка, – прошептал он. – Какая нежная…

Одурманенное тело уже приготовилось к поцелую, который явно должен был начаться с шеи, но Аполлон по неизвестной причине замер, а в эту секунду по моей коже как будто прошелся электрический заряд.

Девочка. Так меня постоянно называл Макс. Мне это нравилось ровно до того момента, пока не выяснилось, что приятности вливали в мои уши исключительно ради усыпления бдительности. Когда я отыскала бывшего мужа после побега с моими деньгами и потребовала их возвращения, ласковые слова у него отчего-то закончились.

И у этого загипнотизировавшего меня похотливого козла тоже добрых слов для меня не будет, после того как он получит, чего хочет.

Злость на бывшего мужа была так велика, что крепкие узы гипноза дали слабину. Я со всей силы пнула Аполлона в колено, жалея, что на ногах балетки, а не шпильки.

Мужчина охнул и согнулся, от неожиданности выпустив меня из рук. Последние остатки дурмана разлетелись вдребезги. Я отскочила в сторону, схватив с ближайшего столика продолговатую вазу, удобно легшую в ладонь, как оружие.

Если будет нужно – пущу ее в ход и с удовольствием разобью о чью-нибудь голову.

Аполлон выпрямился. Красивое лицо исказилось, смотрел он на меня уже без восторга или восхищения. Вытянув руку по направлению ко мне, мужчина зашипел:

- Стой!

Я могла бы поклясться, что его глаза снова покраснели. Однако за спиной открылась дверь, и знакомый голос разрушил мираж.

- Хватит!

Константин захлопнул за собой дверь так, что чуть не выбил стекло.

Обаяние и самоуверенность блондина испарились, как моя зарплата на следующий день после получки. Он сжался, отступая дальше от адвоката, к углу веранды. Речь, зазвучавшая на незнакомом языке, была полна извиняющихся интонаций. Самое интересное, что перед Константином, а не передо мной.

Я ошалело оглянулась на Константина, который резко что-то говорил Аполлону на том же языке.