Академия Колханд

Приходи в мой кабинет, и я расскажу тебе все, что знаю, – немного помолчав, она добавила: – И все, что имею право тебе открыть.

Когда матушка удалилась, я торопливо спрыгнула с постамента и схватила свою одежду. На самом верху стопки оказалось мое белье. Быстро надела нижнюю рубашку без рукавов из тонкого белого сатина и хлопковые бриджи. Сверху простая рубашка на завязках, потом кожаные штаны с тонкими шнурками по бедрам, сапоги. Кожаная жилетка и замшевая куртка до середины бедра. Я замерла и сглотнула: но ведь это дорожный костюм.

.. Я что, уезжаю?

Уже на бегу торопливо натянула куртку и выскочила из зала на крыльцо Храма Всех Стихий. Замерла, так как посреди зеленого сада высилась неизвестно откуда взявшаяся гора белых кирпичей вперемежку с целыми кусками стены. Медленно повернулась к входу в Храм и подняла голову, подозревая самое невероятное.

Башни огня нет.

Значит, я не ошиблась в своих выводах, кто-то обрушил ее прямо во двор. Неужели на нас напали? Именно поэтому я ничего не помню? Я что так сильно ударилась головой?

Поспешно развернувшись, побежала в сторону главного здания.

Там, на последнем этаже, уже запыхавшись, постучала в дверь. Тут я была не раз за все эти годы, потому мне было отлично известно, что кабинет матушки Сарры большой и светлый. Высокие узкие окна закрыты коваными решетками в виде тонких ветвей ивы, на стенах развешаны несколько портретов величайших стихийников, красивый письменный стол черного цвета и несколько стульев, приготовленных специально для таких как я нерадивых воспитанниц. Усмехнулась, вспомнив о том, кто изображен на тех портретах. Все четверо – мужчины, ведь женщина не может стать великим магом. Ее удел – дом и семья.

– Проходи, Лидия! – услышала из-за двери и только тогда позволила себе зайти.

Матушка сидела за столом. Обычно он был завален бумагами, но сейчас они все оказались сдвинуты на край и несколькими высокими стопками угрожающе нависали над ним.

Аккуратно приблизившись к столу, опустилась на милостиво приготовленный стул.

Женщина посмотрела на меня долгим взглядом, изучая лицо, будто хотела найти в нем что-то новое, еще не виденное ранее. Она явно ждала от меня действий или вопросов, а потом, словно спохватившись, сделала пасс рукой, избавляя меня от наложенного заклинания и произнесла:

– Я слушаю тебя, дитя.

– Матушка Сарра, что произошло с башней огня? На нас напали? Кто-то пострадал? – это первая и, пожалуй, главная мысль, что мучила меня всю дорогу от храма до кабинета магички.