День за днем. Эпизод 3.

Переделать обложку можно было и без того, чтобы кидать вверх чепчики, кричать «ура» и обниматься в засос с упырем Зимовским. И еще хочется напомнить, его слова о «прозрении». И куда интересно это «прозрение» вдруг подевалось? Шеф тяжело опускается на боковой модуль дивана, а я плюхаюсь рядом:

- Борис Наумыч, вы что, не видите?

Как же мне убедить этого упертого бегемота, что союз с Зимовским против Калугина это фатальная ошибка? Судорожно убираю локон за ухо:

- Он же явно все заранее просчитал, сделал заранее проект новой обложки.

И эта идея с Мэри Поппинс – это же он ее Калугину приволок!

Я все выяснил!

- Идея может быть и его, а воплотил кто?

Бред какой-то. С таким же успехом надо наказать и тебя самого - тему номера вбросила Мокрицкая, но решение Егоров принял единолично! Но я молчу.

- Только не надо думать, что меня в дровах нашли. Я не слепой. Я прекрасно вижу, что таких совпадений просто не бывает… Но прежде, чем вот так вот сыпать обвинениями, надо докопаться до сути… А я уже в этом направлении кое-какие шаги сделал.

Смотрю на него, не отрываясь. Маразм крепчал. Где логика? Вместо того чтобы уклониться от подозрительного подарка и его последствий, Егоров с восторгом принимает троянского коня, а потом «предпринимает шаги», чтобы из этого коня не полетели стрелы троянцев! Шеф начинает подниматься со своего места, и я тоже вскакиваю:

- Борис Наумыч!

- Так, все! Марго, ты знаешь, у меняв башке кипит.

Подняв руки вверх, он трясет ими возле висков:

- Мне нужно пойти душ принять.

Вот доктор мне говорит: «Берегите себя». А как тут беречь? Пришел и прямо сразу с порога.

Он идет в комнату Сомовой и зовет:

- Аня!

Чего орет… Если бы Анюта была дома, давно бы вышла. Сложив руки на груди, остаюсь стоять, где стояла. Проводив жильца недовольным взглядом, со вздохом отворачиваюсь. Так ведь он мне и не сказал, зачем ему все это было надо. Как говорится, ушел от ответа.

***

Пока кашалот наматывает круги в своем мини-бассейне, сижу в спальне, просматриваю гламурную макулатуру.

Вскоре, меня отвлекает разноголосый бубнеж в прихожей - видимо приехала Сомова и, наконец-то, встретилась со своим Ромео. Соскочив с кровати, неторопливо иду к ним, в гостиную. Голубки устроились на диване и я, сложив руки на груди, остаюсь стоять у отгораживающих полок. Анька, видимо, только с порога - сидит с несчастным видом ис надеждой в глазах взирает на своего упитанного бойфренда в домашнем халате, и с накинутым на шею влажным полотенцем.