Песня рун. Эхо древнего мира – II

У него, Отца Севера, есть свои дети – а гномы ему… не нужны? Не интересны? Свой собственный Сотворитель, давший гномам дыхание, тело и волю – он проклят, и проклято все, чего руки его касались… Бьёдн был гном, Бьёдн был шаман, он умел лечить и убивать, слышать камни и звать предков на помощь, и ему не пристали такие слова и мысли – но что делать, когда половина мира – глуха к таким, как ты сам? Руны, дар Хранителей всему северному люду – мертвы в руках гномов, не дают власти и силы, не помогают лечить, звать, убивать, строить… гномы много поколений удивлялись этому.

Много поколений – кляли Фъорберга, создателя метелей, морозов… и гномов. Много поколений – после – гордились. Мы сами. Нам не нужна помощь из темного, холодного Неба от надменных Хранителей. В нас самих сила и огонь такие, что….

Да, это была правда. Гномы были сильны. Шаманы – такие, как сидящий на распахнутом овчинном тулупе посреди заснеженных камней, сам полузанесенный снежной крупой – могли спасать умирающих и выдирать дорогие камни из неподатливой породы, равно как и вражьи сердца из реберных клеток.

В них доставало силы, огня, магии самой жизни.

Так было долго – пока жили гномы сами себе. И пока врагов было меньше, чем дорогих камней в мертвой хватке пустой породы. А смертельно больных или раненых – меньше, чем просто занозивших руку или ушибившихся о слишком низкий свод буйной головой.

У Бьёдна в бороде не тает снег, у Бьёдна застывает льдистой коркой накатившая от резкого ветра слезная влага прямо под веком – но шаману нужен ответ: отчего руны молчат в руках гнома? Впервые за столько поколений – Хранители, мне нужен ответ!

Жизнь не становится легче, и Горскун все больше презирает низкорослых своих неродных братьев – подгорных скитальцев-гномов, оттесняя их от своих поселений, забирая лучшее из лесов и озер, и даже – порой – из каменных горных недр.

А главное – Бьёдн чувствовал – грядет время еще более непростое. Отчего расшалившиеся стуканцы повадились таскать детей и юных девушек все чаще? Отчего болеют забойшики престранными хворями в некоторых шахтах? Отчего горные обереги так часто перестают работать, не дают защиты, не хранят? Шаманы ли теряют силу – или и предки тоже, вслед за Хранителями, оглохли к просьбам их детей? Оглохли – нужно докричаться, значит!

В небо, в уши Седого Старика и его надменных сынов, что правят грозой и морем! Прямо в уши! Бьёдну нужны руны – значит, Бьёдн возьмет руны.