Узник Лабиринта. Невеста чудовища

- Это не важно, - отмахнулся Тигард, чтобы смягчить ответ, добавил: - Теперь уже не важно.

- Напрасно ты так думаешь, но дело твое, можешь оставить его имя втайне.

Тигарда поразило, что все остальные слушали молча. Под их пристальными взглядами хотелось поежиться, тем более что его все еще трясло от возбуждения.

- Я знаю, - начал Тигард. - Что в сердце Лабиринта есть смертельная магическая ловушка. Надо только загнать туда чудовище.

На его слова отреагировали странно, точнее, никак. И опять молчание. Вожак потер лоб и сказал:

- Ты думаешь, мы об этом не знаем? Я сам своими глазами видел эту проклятую ловушку.

А ящер отирался рядом с ней. И ничего.

- Как это ничего? - Тигард по-детски обиженно развел руками, он просто не мог поверить.

- А вот так.

- Но он же просто животное! Загнать его! Если мы все соберемся, мы сможем! Я слышал...

- Он не просто животное, - проговорила одна из присутствующих на совете женщин. - Он еще и мужчина. Человек.

- Мужчина? - потрясенно пробормотал Тигард. - То есть, этот кошмарный ящер обладает разумом и способен менять обличье?

Ясно теперь стало, зачем ему была невеста.

Тигард с отвращение представил, что чудище будет касаться Гесты, и его чуть не вывернуло. Но хуже всего, теперь он даже не знал, как спасти девушку.

Зато новость о невесте чудовища с большим интересом восприняли другие.

***

Ночью Зэйн ходил туда, где ему лучше всего думалось. У этого места была особая магия, он ее чувствовал, как сжатую пружину или взведенный механизм. Здесь была ожидающий своего часа магическая ловушка.

Его отложенная, законсервированная смерть.

Отец скрыл этот инструмент сдерживания в сердце Лабиринта и считал, что Зэйн никогда о нем не узнает, а Зэйн считал, что отцу незачем знать, что он знает. Это был их маленький общий секрет. По первости, когда только обнаружил, юношеский кураж заставлял Зэйна пытаться активировать ее. У подростков бывают склонности к самоуничтожению, тем более с такой, как у него, неустойчивой раздвоенной психикой.

Однако тогда это ему не удалось.

С тех пор он привык к существованию ловушки и приходил сюда, когда нужно было что-то обдумать. В этом было что-то философское, примерно так же человек ищет уединения на кладбище среди могил, чтобы разобраться с самим собой.

Вот и теперь огромный ящер в задумчивости стоял против покоившегося на возвышении каменного ларца и пытался привести в порядок мысли.

Конечно же, все вертелось вокруг нее, его невесты.

Много новых противоречивых впечатлений.