Неласковый отбор для Золушки

Слушая ее, Элган ощущал себя юным адептом, который только что услышал зов высшей силы. Перед ним словно бы открылось божество, и все что он мог – преклониться и служить…

Нелепые чувства. Неуместные в его положении. Может, в прошлом, века назад, сирены были божествами. И смертные, особенно мужчины, поклонялись и прислуживали им.

Те времена давно ушли. Вместе с сиренами. Та, кого ему повезло встретить, не станет божеством. Лишь инструментом в руках Верды. Даже не в его собственных. И это вызывало в нем особенное сожаление.

Что-то было в этой худенькой девочке. Изюминка, которая таилась не во внешности. Элган редко встречал женщин со стержнем. И ему доставляло особое удовольствие надломить этот стержень. Потешиться, как тлеет в его руках женская гордость. Как надменные девицы растекаются у его ног и готовы исполнить любую прихоть за мимолетную улыбку.

Сирена или нет, Рианна не стала исключением. Элган забавлялся, глядя, как девица млеет от его мужского шарма, усиленного толикой магии. Она сопротивлялась.

Пыталась удержать самоконтроль. Но он знал – чуть больше времени… чуть больше усилий с его стороны… И она падет, как пали другие до нее.

Он хотел увидеть ее падение. Ее – не Киары Дайнир и не Лиамы Галхер, хоть те и были в его вкусе, в отличие от Рианны. Хотел подхватить в том падении, взять в плен и обладать.

Жаль, желание останется недоступным. Девчонка достанется либо Леону, либо Верде. В обоих случаях ее участи не позавидуешь. А Элгану остается смирить свои желания. Подчинить их амбициозным целям.

Не в первый раз. Он учился этому всю осознанную жизнь. И сирена – его новый урок. Не больше и не меньше.

Главы 5-7

ГЛАВА 5

Наместник Леон жаждал кого-нибудь убить. Нет, не так. Не кого-нибудь. Пару конкретных личностей. Шиллу Вальдер – для разогрева. А потом, с особым смаком, долго и мучительно – Элгана.

Но кого он хотел прикончить на самом деле, он тщательно прятал вглубь сознания. Глушил эту мысль, как только мог. Сильнее всего Леон ненавидел Его Величество Иона Восьмого.

Всю его династию, правившую Веравином почти девять веков.

До того королевским был его собственный род. Вражеский клан сверг его предков, перебил всех вплоть до малых детей и посадил на трон узурпатора. Но кровь свергнутой династии текла в жилах наместников Гемайской долины. И правящий род не забыл об этом.

Век за веком короли Веравина всячески унижали род наместников. Не могли забыть, что наместниками тех сделала прежняя династия, и изменить это невозможно.