Неласковый отбор для Золушки

За мордой – черное, блестящее, будто лакированное тело, похожее на конский круп, но только с огромными перепончатыми крыльями.

Я всегда обожала джазовую певицу Эллу Фицжеральд и нередко подражала ей. Но сейчас, увидев черное крылатое чудище, издала вопль, которому позавидуют звезды тяжелого металла с техникой экстремального вокала.

Монстр прянул ушами, втянул шею и зашипел. И тут я поняла, что наделала. Он ведь сам визжал точно так же. И теперь, наверно, принял меня за соперника, посягнувшего на его территорию.

В ужасе я поползла назад, прочь от жуткой уродливой морды. Подо мной что-то треснуло и расползлось. Вместо удобных джинсов на мне откуда-то взялось платье из тончайшего шелка. И оно не выдержало трения о грубый каменный пол. Последнее, что я могла сейчас сделать – заморочиться над этой несуразностью.

Чудище приземлилось на пол. Сделало шаг ко мне, и еще. Еле удержалась, чтобы опять не завопить. Пыталась отползти дальше от него – тщетно. А потом оно вдруг согнуло переднее ноги и опустилось на колени.

Не успела обалдеть, как с его спины спешился мужчина. И вперился в меня таким же жутким и яростным взглядом, как у его леденящей душу лошадки. В панике я и не замечала, что у монстра есть всадник. Зато теперь не заметить его было сложно.

Высоченный, широкоплечий, по пояс обнажен. От тяжелого дыхания грудь вздымалась; упругие мускулы перекатывались, блистая на солнце. А дышал он тяжело от злости – таким гневным и разъяренным был его взгляд.

В иное время, в иных обстоятельствах я бы потонула в восторгах, разглядывая такой совершенный образчик мужской красоты. Сейчас никакая красота меня, мягко говоря, не трогала.

- Кто ты и зачем вылезла сюда, пока я выгуливал своего илано?! – рассерженно спросил этот брутальный красавец звучным раскатистым баритоном.

В голове молнией прорезались встречные вопросы. Куда – сюда? Какого илано? Кто он сам и что это за зверь? И да – куда я вылезла?!

Я не вымолвила ни слова. Слишком непонятной была ситуация. И опасной. Неосторожными, необдуманными речами я легко могла подставить себя. Но молчание тоже могло быть опасным.

- Говори! – напирал атлетичный блондин.

Лазерные лучи в его глазах обшаривали мое тело, как намеченную жертву из оптического прицела.