Магия большого города. Провинциалка

Вздрогнув, я расправила плечи и приняла самый благовоспитанный и невинный вид, который можно было принять в грязном и измученном дорогой состоянии.

На пороге возникла женщина неопределённого возраста, выцветшая и бледная, как старый фотоснимок. Наши фамильные глаза я узнала сразу – слишком характерный разрез, но смотрели они на мир и меня тускло и с какой-то беспросветной обреченностью.

– Вам кого? – не слишком любезно буркнула она.

Усилием воли я очнулась от ступора и стянула с головы потрепанную шляпку.

Мне все говорили, что мы с мамой очень похожи.

Кажется, так оно и есть. Хозяйка дома отшатнулась, словно увидела привидение. Пользуясь неожиданным преимуществом, я шагнула вперед.

– Моя матушка, Патрисия Шерман, умерла три года назад. Я ее дочь. Вы, случайно… – мне пришлось сглотнуть, чтобы прочистить внезапно пересохшее горло. Узнавание в лице женщины было, а вот радости не заметно. Но я собралась с духом и все же закончила фразу. – Мы, случайно, не родственники?

– Убирайтесь, – едва слышным шепотом пробормотала она, почти не шевеля губами.

Я с трудом разобрала слово, и потому решила, что мне показалось. Убираться? А если я правда ее племянница или внучка? Она даже не попытается выяснить, кто я? Неужели до такой степени безразлично?

– Послушайте, я только приехала. Дорога была долгой и утомительной, – миролюбиво поведала я, делая еще незаметный шажок вперед. – Можно я хотя бы немного передохну, мы побеседуем, уверена, что произошло какое-то недоразумение.

Мне бы просто хотелось немного узнать о семье мамы…

– Вон! Отродье! Убирайся вон! – женщина взвизгнула и неожиданно проворно захлопнула дверь перед моим носом, да так, что я чуть не вошла с размаху лицом в шершавую дерматиновую поверхность.

– Мы честные люди! И к вашему проклятому семени отношения не имеем! – продолжали верещать за дверью.

Я попятилась, чуть не упав с полутора ступенек крыльца.

Проклятое семя? Она намекает на наши магические способности?

Мама всю жизнь сдерживалась, позволяя себе плести заклинания лишь изредка, дома, закрыв наглухо все ставни и двери. Мне, малышке, были непонятны такие предосторожности, но поскольку магия пробудилась во мне слишком рано, приходилось учиться ею владеть. Пусть мои пальцы не светятся, но летающие вокруг предметы неизбежно навели бы людей на определенные мысли.