Магия большого города. Провинциалка

Похоже, падая, я подвернула ногу, и теперь щиколотка ныла, мешая двигаться ровно и плавно. Собравшиеся на крыльце клерки проводили меня равнодушными взглядами и снова уткнулись в свои бумаги и газеты. Кажется, утащи меня тот хам силой, никто бы и не дернулся в нашу сторону.

Дождь сеял мелко и противно, заливая лицо и затекая за шиворот. Несмотря на боль в ноге, я прибавила шагу, стараясь не отставать от нового знакомца-незнакомца. Хамом я его называла больше по привычке. У него своеобразная манера общаться, радикально отличающаяся от того, к чему я привыкла в Сен-Саммерсе, но почем мне знать, может, так в столице принято и считается хорошим тоном? С другой стороны, даму в беде, то есть меня, он не бросил, позвал вот куда-то… вопрос только, куда и зачем? Иду за ним покорно, как овца на заклание, и не задумываюсь, что он со мной может сделать в ближайшей подворотне.

Как по заказу, парень свернул в узкий переулок и пропал из виду. Я заколебалась – мало ли, что там меня ждет? Натянула плотнее пиджак и наткнулась на что-то твердое во внутреннем кармане.

Он совсем идиот?

Вручил первой попавшейся девице все свои наличные деньги и усвистел куда-то! А если я воровка или мошенница?!

Полная решимости высказать придурку все, что я по этому поводу думаю, уже не колеблясь, свернула в проулок вслед за ним.

Узкий коридор между домами был пуст и темен. Эта улочка явно сохранилась с былых времен – низкие трехэтажные здания чудом уцелели среди высоченных стальных махин небоскребов. Я поневоле замедлила шаг и оглянулась, проверяя, успею ли добежать до выхода отсюда в случае чего.

Не успела.

Меня ухватили за плечо и дернули куда-то в сторону. На инерции я пролетела пару шагов и чуть не снесла собой щуплого мужчину невысокого роста. Он доставал мне макушкой примерно до подмышки, так что хорошо, что я устояла и не упала. Точно придавила бы бедолагу.

– И вот так каждый раз, – с издевкой констатировал хам у меня за спиной. – Девушка, у вас такой оригинальный способ знакомства? Не просто вешаться на мужчин, а сразу бросаться? Раз, подсечка, он повержен и умоляет о пощаде…

– Прекратите! – возмутилась я.

Стянув не без сожаления плотную ткань, я протянула ее наглецу. Стало зябко и неуютно, но лучше замерзну, чем меня обвинят в краже или еще чем похуже.