Магия большого города. Провинциалка

На крыльце издательства меня поджидала мисс Брук.

– Я же забыла тебе удостоверение выдать! – выпалила она сразу же, без лишних прелюдий вроде приветствий. – Держи, будешь показывать по утрам и на выходе, чтобы тебе отмечали часы работы.

– Большое спасибо!.. – растерянно пробормотала я, вертя в руках небольшой оправленный в картонную рамочку прямоугольник с трехзначной цифрой.

– Не потеряй только! – пригрозила дама и, видя, что я все еще изучаю непонятную штуковину, тяжело вздохнула.

 – Пойдем, покажу что делать, горюшко ты мое провинциальное!

Просияв, я последовала за милой женщиной, которая терпеливо представила меня дежурному администратору за стойкой, а он в свою очередь пометил галочкой мой номер в огромном талмуде.

– Это учетная книга высшего звена, – воздев палец для лучшего усвоения материала, вещала мисс Брук. – Для каждой отрасли есть своя. И пожалуйста, не забывай отмечаться каждый раз, когда выходишь из здания, так будут лучше начисляться сверхурочные.

Если, конечно, они будут.

Я кивала, как заводная игрушка, предвкушая добавку к зарплате. Ну и что, что дополнительные часы работы? Они везде есть, но далеко не за такие деньги. Мне так вовсе жаловаться грех – устроилась практически на должность мечты. Вот если бы мне еще свою какую статью доверили написать… Стоп, что-то я увлеклась. Женщин-журналисток не бывает. Вот писать бульварные романчики нашей сестре дозволяют, а сообщать злободневные новости обывателю – нет.

Несправедливость, конечно, вопиющая, но что поделать! Такова суровая реальность.

В нагрузку мне выдали еще стопку писем, предназначенных для начальства. Для сортировки. Мы распрощались с мисс Брук, она отправилась к себе, бдить и охранять покой списков трудящихся. Похоже, события вроде найма новых работников происходили здесь нечасто, и объяснить мне основные правила местного быта для нее было своего рода развлечением.

До полудня еще оставалось полчаса, так что я радостно взлетела на двадцатый этаж… скажем честно, с трудом доползла… и устроилась с огромной чашкой кофе и парой бутербродов у окна.

Воровато оглядевшись, выудила из сумочки записи и принялась листать, отыскивая нужный раздел. Ну, вот и оно: «перерождение в духа, или призрак неприкаянный».

Так, проходит через предметы, стонет, питается страхом жертвы, желательно родственников. Про сны ни слова, про темноту тоже. Не то.

Спирит. Вызванный из небытия и привязанный к определенному предмету.