Синдром второстепенного героя

Отец Рез обычно привлекал к этому местную ребятню, называя это облагораживающим трудом. Мы с Арианой в детстве тоже не одно предсказание для богатых чужаков понаписали.

Часовенка стояла у самого-самого Колдовского Леса, могло бы даже показаться, что уже в Лесу, но на самом деле то был перелесок, на который колдовство Той Стороны, гибельное для людей, не расходилось.

Сам же Колдовской Лес был все-таки опасен без сопровождения нелюдей, хотя уже лет десять люди там не пропадали без вести. Обычно только страдали от помешательств ума разной степени тяжести.

Порой эти помешательства-таки приводили к летальному исходу, но уже не гарантированно, как это было раньше.

Лес веками разделял нашу Сторону, человеческую, и Ту Сторону, колдовскую. Мама говорила, что в ее детстве они и не подозревали, что там вообще что-то разумное живет. Все, что существовало за пограничьем на протяжении сотен лет оставалось для людей тайной. А все тайное порождает кучу домыслов…

- А правда, что у нас упыри теперь ночами бродят? - не удержалась я.

- У-пы-ри? - проговорила мама, переводя на меня недовольный взгляд, - Бают такое, - кивнула она, - Да только байки оно и есть, Кора. Столько лет училась в столицах, а все туда же! Сыскари убивца найти не могут, вот на колдовство и валят. Работай давай! Чего сиськи мнешь, чудовище?

Я молча вернулась к тазу с бельем.

- Мало того, что себе жизнь изговняла, так еще сестру за собой потянула… Ума не нажила! И на что я надеялась? Как есть дура…

Кажется, мама все еще на меня злится…

Я, конечно, была к этому готова, но все равно меня это жутко утомляло.

Спорить с ней я не могла - я знала, что она просто волнуется о нашем будущем. Что жутко боится, что мы тут увязнем, как в болоте. Что девочки, которых она считает самыми умными, самыми красивыми и самыми добрыми не займут достойного места в обществе, а так и будут всю жизнь стирать портки своими же руками. Мистера и миссис Реган в свое время она, забыв все обиды, все толки местных про свою личную жизнь, забыв про гордость и вообще про все на свете, приняла как родных.

И теперь чувствовала себя обманутой. Где результат?

- Мам, они ее даже не уважали… - как-то невнятно, даже жалко вякнула я себе под нос.

Зря, конечно. Знала же, что надо молчать.

Мама вскинула на меня бешеный взгляд и с плеском кинула уже было отжатую наволочку обратно в таз.

- Да какая, к чертям собачьим, мне разница, что там они о ком думают! - вскипела она.