Не стой под моей стрелой, или Инквизитор попаданке не указ!

— Шрам останется навсегда.

— Не останется! — в голосе Массиуса прорезались нотки нетерпения. — Утихнет буря, приедете ко мне, и я уберу шрам за считаные минуты. Но не сейчас!

— Я думала, ты сильный маг…

— Сильный. Но сейчас буря вытягивает всю мою магию. Ее не хватает, даже чтобы артефакт откалибровать. Его светлость посмел даже торопить меня, помнишь?

— Помню, — кивнула я и посмотрела прямо в глубину потемневших глаз Массиуса. — Пообещай мне вылечить Федора, когда буря утихнет.

— Ты так за него тревожишься, что мне не остается ничего другого, кроме как согласиться.

— Обещаешь? — вестись на болтовню, отвлекающую внимание, я не собиралась.

— Обещаю, — нарочито торжественным голосом произнес друид заветное слово. — А еще немного побуду магом-предсказателем, — и хитро улыбнулся.

— Что собираешься предсказать?

— Ничего особенного, — слегка игриво тряхнул головой друид. — Только то, что скоро эту мохнатую животину ты захочешь прибить не меньше, чем я.

— Даже не надейся! — мотнула я головой. — Для меня он как человек: думает, разговаривает. У него есть свои желания.

— И нет даже зачатков совести, — продолжил мою реплику друид и загремел тарелками.

Какой же он упрямый! — вздохнула я про себя. Надька бы сказала, что Массиус по гороскопу — вылитый телец.

— Ужин готов! — Массиус наполнил наши тарелки ароматной снедью и поставил их на стол.

— Мне еще одну порцию, — донесся бодрый возглас из-за моей спины.

Глава 18.

Ночное светило не успело скрыться в предрассветных сумерках, как Массиус разбудил меня бодрым грохотанием домашней утвари, которую вчера мы поленились вымыть. Вместо этого свалили в таз и оставили до утра.

— Доброе утро, лежебока! — прогремело у меня в ушах, едва я сладко потянулась, чем и выдала свое пробуждение.

— Доброе, — пробурчала я скорее себе под нос, чем в ответ на приветствие.

— За твоим фамильяром глаз да глаз нужен!

— Что он в этот раз натворил? — медленно просыпаясь, попыталась я представить, как может развернуться енот в такой хижине.

— Вылизал все тарелки. Дочиста. И сковородку вылизал. А кастрюлю, в которую я положил наш завтрак и запечатал охранной магией, вскрыл. Завтрака там нашего больше нет, как ты, наверное, догадалась.

Я сонно кивнула. Невелика проблема. Утром у меня обычно аппетита совсем нет. А Массиус еще раз приготовит себе поесть.