Хрустальное солнце: Хроники Предгорий

И вероятно повреждены ребра, но не критично.

- Вы правы мастер... - голос Богдана казался охрипшим - ... я нашел ее на дне обрыва. Что там происходило я не знаю...

Богдан сильнее сжал руку девушки. Какая то внутренняя боль словно игла вошла в сердце. В который раз мелькнула мысль о том зачем она пошла туда одна.

- Ваша кровь подходит. - вынес свой вердикт лекарь.

И вот через несколько минут Богдан сидел на высоком стуле. От его руки к руке Адель тянулась полупрозрачная трубочка из непонятного материала. Как объяснил лекарь через иглу воткнутую в его руку по этой трубочке кровь поступала в организм девушки так же через иглу в ее руке.

Красная жидкость незаметно перетекала от княжича к монахине, даруя той необходимые крохи для жизни. Богдан не отрываясь смотрел на лицо Адель, в надежде на то что ее глаза откроются. Но лицо девушки осталось не подвижным. Вскоре у Богдана закружилась голова. Словно прочитав это по лицу парня, лекарь вытащил иглы заставив княжича зажать едва заметную ранку.

Покружившись некоторое время вокруг тела Адель, делая одному ему понятные замеры, лекарь сообщил:

- Теперь она точно будет жить.

***

Шла уже третья неделя как Богдан и Адель оказались в доме мастера Густава. Лекарь, узнав что у них нет в городе жилья, любезно предоставил комнату на втором этаже, где и разместили девушку. Там находилось четыре комнаты. Комната лекаря, комната его сына, ванная комната и гостевая, в которой и разместили Адель. Сама комната была просторная. С широкой кроватью, большим шкафом, двумя тумбочками подле кровати и огромным полукруглым окном.

По просьбе Богдана, мастер Густав разрешил поднять в комнату кресло, где княжич просиживал ночами подле девушки.

Адель практически не приходила в себя. Первые три дня она лежала словно труп в постели. Богдан практически не отходил от нее ни днем не ночью. Марта, которая приходила днем, выполняла роль сиделки. Иногда забегала Марьяна, которая появилась на следующее утро с вещами Богдана и Адель. Девушка охотно помогала Марте в уходе за больной.

Богдан же тоже старался всеми силами ей помочь. Хотя помощь была его мала: принести и отнести девушку на перевязку и ночами каждые два часа вливать лекарства, периодически мочить губы девушки влажной тряпочной. Но на третью бессонную ночь и дни наполненные нехитрой помощью Марте, организм Богдана взял свое. Казалось он закрыл глаза на секунду, но проспал всю ночь прямо в кресле, а утром его разбудила пришедшая Марта.