Проклятая герцогиня

Еще взяла свои украшения, их можно продать. Создавалось впечатление, что я все продумала.

Торопливо спускалась с лестницы, хотелось никого не встретить и мне повезло, а выбежав на крыльцо, там было пусто, осмотрелась. Сад, который начинался по правую сторону от входа, звал. Там тоже был секрет, который я забыла, но времени не было. Я выдохнула, и сделала шаг в сторону конюшен, но не успела, меня схватили за руку.

Вирн стоял злой, холодный, мрачный, такой, каким не был никогда, он дернул меня за руку притягивая к себе.

— Ты куда-то ты собралась? — прошипел он.

— Хотела развеяться немного, — с трудом выдавила из себя.

— А как же подготовка к свадьбе? — граф сверлил меня глазами, все сильнее сжимая руку.

— Мне больно, пусти, — процедила я сквозь зубы. И словно мое спасение и надежда к нам вышел отец, я рванула в его сторону, — Папа, прошу, пусть он отпустит меня.

Но отец лишь рассмеялся, глаза горели ненавистью, стало понятно, что помощи ждать не стоит и от того было жутко.

Вирн же улыбался, но так, что холодок пробегал по телу, от этой улыбки. А после и вовсе потащил меня в дом словно сломанную куклу, но я начала упираться, он дернул еще раз, уже сильнее. И не удержавшись на ногах, я упала, больно ударившись о ступеньку и вот теперь стоя на коленях воспоминание едва коснулось меня: «кладбище, шим в руках и я на коленях ползу за надгробие», а следующее «твой огонь не может мне навредить».

— Огонь! Когда я сюда приехала. Я разозлилась и запылала. Отец коснулся меня, — слова выпрыгивали из меня непрерывным потоком, и я перевела взгляд на папу, он был удивлен, но молчал, — и тебе не было больно, но ты не владеешь магией вообще, ты должен был обжечься! Ты, — я указала на отца, а посмотрев на жениха, добавила, — вы все — ненастоящие!

Огонь разгорался от моих ног, с каждым словом и растекался во все стороны, быстро схватываясь.

Вирн словно не ощущая боли, стоял и смотрел, уже будучи полностью покрыт пламенем, его лицо было невозмутимо, кажется, даже легкое злорадство коснулось его губ. Огонь становился все сильнее, поднимаясь он проглатывал все вокруг, забирал, поглощал. Затрещала крыша и начались обрушения, я отошла немного, но взгляд отвести не было сил.

Пелена спала, я находилась в оранжерее, а вокруг все было охвачено моим гневом. Я встала и прошла по дорожке, многие цветы уже сгорели и осыпались пеплом, еще недавно неземное великолепие — пришло в запустение. Но кое-что привлекло меня.