С точки зрения прогрессии.

Но когда войско нежити подошло в упор, всем стало не до смеху, хотя гнилые тела противников нередко перемежались с такими же козами, кошками и собаками, кишащими червями и всякой заразой. Воеводы на стенах яро спорили с эскулапами о составах поливальных смесей, хотя было очевидно, что ни кипятком, ни смолой, ни настоем ромашки мертвецов не остановить. Какой –то умник заикнулся о серебре и ртути, но над его предложением решили подумать в последнюю очередь, если жить надоест, и бедность пугать перестанет.

Приблизившись вплотную к стенам, мертвецы застыли жутким частоколом, словно не решаясь на дальнейшие действия. Сзади них, на огромном драконе, восседал некромант, но с городских стен его никто толком рассмотреть не мог, и слухи о его происхождении блуждали самые разные: от вторжения прославленного захватчика Залоба Чёрного, до ведьмы бабки Парашки из соседней деревни, при жизни способной жальник поднять, а после смерти и вовсе озверевшей. Ходили также версии, что это Верховный Судья Бьорн, намедни разругавшийся с правителем Вельзелом, вернулся во главе освободительной армии, чтоб навсегда растоптать останки зла в этом городе.

Поэтому городская стража имела жуткую мороку по вылову симпатизирующих Судье революционеров, вместо того, чтоб занять законные военные посты.

Один из них, ещё совсем молодой мальчишка, опёршись на копьё задумчиво глядел вдаль, надеясь таким образом избежать внимания взбудораженного начальства. Фактически он неплохо затаился и имел шанс минут на пятнадцать отдыха, но увы, не смог сдержать изумлённого возгласа, когда картина визу приняла неожиданный оборот.

***

- Вновь за кровавым куском кусок

О белые кости щербится клинок

Смерть среди боя, не всем дана

Конунгу слава, дружине вина!

- Да заткнись же ты, - Рыкнула Брунхильда на разошедшуюся конягу, с громкой боевой песней несущуюся в самую гущу противников.

- А как меня всю ночь доводить, так можно было?! Заткнись неблагодарная дева, и вообще работай давай, слева, слева заходит!

- Меч по кольчуге, в сердце копьё

Небо, да волки, да вороньё

Дорога в Вальхаллу только одна

Конунгу слава, дружине вина!

Хак!

- Слушай, лошадь, у меня молот вообще!

-Не важно, из песни слов не выкинешь!

Брунгхильда мрачно покосилась на место между мохнатыми ушами, куда страшно хотелось всадить последний довод, но воздержалась до поры.

Вокруг было слишком неспокойно, чтоб позволить себе остаться без транспорта.