Жемчужина морей

- По местам! Сегодня никто не умрёт!

Пираты заликовали, только в глазах Хэны читалась мысль, что мы тут все явно сошли с ума…

*Тея*

Кажется, я никогда не плавала так быстро, а ещё, кажется, сошла с ума. Потому что то, что я собиралась сделать, не поддавалось никакому логическому объяснению. Как иначе объяснить, что, надеясь лишь на одну неподтверждённую легенду, я плыла в пучину к кракену на верную смерть.

В тот момент, когда я поняла, что не дам умереть людям, которые за короткое время сумели стать для меня дорогими, мне удалось вспомнить очень старую легенду.

Даже не представляю, как мне это удалось, потому что мне рассказали её в один из первых годов моей жизни. Память подкинула одно из самых старых воспоминаний, словно сквозь туман вспомнившихся мне.

Когда-то давно, когда я сидела впещере, в котором обычно готовили еду, одна из самых старых русалок рассказывала нам эту полузабытую легенду. Будто-бы очень давно, когда люди ещё не плавали по морям, а бегали дикими племенами по суше, громадные существа населяли океан.

Кракенов в то время было куда-больше, они ещё не впадали в спячки, как сейчас, а спокойно себе плавали в водах всех морей. Лишь изредка, эти большие предки осьминогов, могли взбеситься, тем самым создавая а поверхности воды водовороты, в которых погибало всё живое.

Если кракены заплывали в бухту и выходили там из себя, то русалкам удавалось их успокоить. С помощью пения…

Да, к сожалению русалок не зря путают с сиренами. Мы тоже умели петь.

Так же красиво как и эти хищницы, а может даже лучше. Нет, наше пение не завлекало, и не зачаровывало мужчин. Чем-то наши голоса даже напоминали песни китов, они умели разноситься по океану, поражая красотой.

Я не любила петь. Мне не хотелось быть хоть чем-то похожей на этих тварей, которые запросто губили целые корабли, звуком своего голоса. Именно это сейчас вселяло в меня страх. Я не практиковалась и не знала, сможет ли моё голос успокоить громадного кракена? Или может быть это всё было лишь легендой…

Я плыла с такой скоростью, что если бы под водой был ветер, он бы свистел в ушах.

Водный поток помогал мне преодолевать расстояние, словно бы тянул и подталкивал ближе к громадному чудовищу, которое уже показалось на глаза.

Это был поистине исполинских размеров осьминог. Наросты и шипы по всему телу выдавали, что существо долго пролежало в спячке на морском дне, его шкура обросла кораллами и водорослями.