Ведьма против демона в академии драконов

Пришлось наклоняться и отстегивать один из слоев платья. Получался этакий передник, в котором при желании можно было не только носить собранные в поле травы, но и фамильяра. Последний предпочитал именно такую транспортировку, делая меня немножко беременной и согревая живот. Теперь мне и вперед падать было нежелательно — Тут, конечно, не совсем кот, но даже его давить не рекомендовалось.

Ожидавший меня дракон не скрывал заинтересованности, следя за каждым изменением в моем внешнем виде. Я вопросительно вздернула бровь в ответ.

— Всегда считал, что платье — бесполезная тряпка, от которой следует побыстрее избавиться, — насмешливо заметил дракон, заставив меня поморщиться. — Не ожидал, что у него может быть столько полезных применений.

— Вы еще не знаете, сколько отравленных вещей можно в нем спрятать.

— Киртана… — В голосе Картиана послышалось снисходительная ирония. — Поверьте, об этом я осведомлен лучше кого бы то ни было в стране. Потому и предпочитаю снимать платье с девушки быстрее, чем она успеет из него что-нибудь достать.

Знаете ли, проблематично кого-то отравить, извиваясь на простынях и крича мое имя.

Краска залила лицо, хоть и простыней здесь не было, и кричать я не… Пальцы сжались в кулак, до боли впиваясь в кожу.

«Нужно собраться. И перестать обращаться внимание на многозначительные ухмылки дракона!» — пронеслась здравая мысль в голове. Вот только исполнение планов — куда сложнее их придумки. А потому, обычно, перекладывается на кого-либо другого.

Мне же следовало выполнить обе части мероприятия. При том, что взгляд дракона ясно давал понять: он знает, что творится в моей голове.

— Вы так мило злитесь, — заметил он и вкрадчивым шепотом пообещал: — Когда с делами будет покончено, я дам вам парочку уроков.

— Когда с делами будет покончено, вы меня больше здесь не увидите! — раздраженно вырвалось у меня. Но дракон и глазом не повел, будто моя угроза его нисколько не взволновала. И это после его прежних слов, признаний…

Обида затопила сознание, и я порывисто вышла из лаборатории, проигнорировав поданную руку.

Увы, впечатления на дракона это не произвело. Он лишь рассмеялся тихо, будто мое поведение мало чем отличалось от детской выходки, которую готов терпеть взрослый.

И я разозлилась. В первую очередь — на себя. Расклеилась — как последняя крестьянка, которую поманил за собой сладкими речами сеньор, а после оставил с разорванным подолом и даже без горсти утешительных монет.