Готов на всё

Посмотрев на припорошенную снегом детскую площадку, он улыбнулся, а увидев на земле у самого подъезда человеческий череп ничуть не испугался и не удивился. Он просто отопнул его подальше, как футбольный мяч, и смело вошел в странную квартиру.

В клубах серовато-зеленого дыма он увидел Руш Аноя, примостившегося в углу на кушетке. В руках у него была крынка с густой красной жидкостью, а в зубах он сжимал трубочку, через которую потягивал свое жуткое зелье. Весь потолок и стены вокруг него были забрызганы кровью, а на полу чернела большая начавшая густеть багровая лужа.

Матвей содрогнулся и отступил на шаг. Ему вдруг захотелось бежать отсюда, бежать пока не поздно, но ноги словно приросли к полу, а тело одеревенело. Руки и ноги налились свинцом, он стоял не в силах пошевелиться, и только глаза его затравленно шныряли по комнате, в поисках убежища.

- Обвыкнешься! - раздался скрипучий голос ведьмака, и Матвей вздрогнул. — По началу страшно, потом привыкнешь!

Матвей сделал к нему нерешительный шаг и пошатнулся.

Старик наблюдал за ним молча, скрывая усмешку в густой бороде. Матвей старательно обошел лужу. и остановился прямо перед колдуном.

- Вона Атий. - начал было он, но тот прервал его на полуслове.

- Сегодня пятница. Я должен переговорить с духами. - прокаркал он, слегка толкнув Матвея в грудь своим длинным крючковатым пальцем. Тело парня сразу обмякло, и он плюхнулся на лавку, предусмотрительно пододвинутую к нему стариком. — Сегодня как раз нужный день. Вызов производится в пятницу до полудня, либо в ночь на субботу.

Мне нужен совет предков. Я постился две недели, перед тем как начать обряд и питался раз в день после захода солнца черным хлебом с кровью, приправленным пряностями из трав и порошков. - колдун с хитрым выражением лица уставился на гостя и наслаждался произведенным на того эффектом от услышанного. Матвей, действительно был поражен до отупения.

Он сидел, откинув голову назад и опершись спиной о стену. Глаза его блуждали, лихорадочный румянец покрыл щеки, руки вздрагивали, словно на парня напал тик.

Взор его замер на одной точке на потолке, а тело сжалось в комок. - Ты станешь свидетелем этого таинства, если обещаешь взять себя в руки. - при этих словах Матвей медленно перевел взгляд с потолка на колдуна и остановился на его высоком лбу с тремя глубокими морщинами от виска до виска. И хотя все его чувства притупились, мозг отказывался воспринимать действительность.

Приторно-сладковатый запах крови врезался в ноздри, и парня стошнило.