Талисман для лорда Тьмы

Белобрысый, который стоял между ними, как несчастная берёзка, ещё раз тяжко вздохнул, но с места не сдвинулся, а вот Лорд Эмирли (его имя я запомнила благодаря говорящей такой ассоциации со словом умерли) уже сверкал улыбкой во все 32 зуба и стоял он, в отличие от своего беловолосого товарища, сильно в стороне.

Кажется, кто-то решил украсть наш с Маей прекрасный гимн.

В комнате словно бы воздух потяжелел, даже я со своего наблюдательного пункта это умудрилась заметить. Потом появилась магия.

От фаната металлолома распространился серый туман и тут же устремился к красноглазому.

Тот не остался в долгу и, все также продолжая рассматривать маникюр, выпустил бордовый сгусток дыма. Сугробик, продолжая был наглядным примером выражения "попал между молотом и наковальней", показал свою необычную магию. Вокруг него словно северное сияние разлилось, где преобладал чёрный цвет.

К слову, у всех других хоть магия и имела определённый тон, но все равно содержала примеси чёрного. У красноглазки они сплетались с бордовым, пугая и одновременно завораживая готической красотой.

У чувствительной, как оказалось, сероглазки в магии смешивались серый с чёрным, красиво дополняя друг друга. Чёрный как будто был началом серого, а тот плавно из него вытекал. У обладателя же столь интересных, на мной взгляд, глаз, магия была словно северное сияние, а чёрный, как ночное небо, оттенял разнообразие остальных цветов.

А у моего Лорда магия не имела никаких цветовых примесей... Значит ли это, что у него самая большая концентрация Тьмы? Не просто так же ему присвоен первый номер.

Он же, кстати, и не дал столкнуться трём магиям. За секунду до катастрофы (а что ещё могло произойти, когда сильные мира сего решили силами помериться?) Лорд Тилдор сжал кулак, а комнату заполнила Тьма, поглотив все. Действие свое он сопроводил ворчливо-недовольной репликой:

– Именно поэтому я и не жалую гостей. А таких – в особенности.

Фраза была адресована отцу, но тот был явно непробиваемым, потому заявил:

– Потерпишь.

И палкой своей по столу шандарахнул, да так, что я вздрогнула. Стол был не единственным, кто огреб. Друг за другом зашипели два Лорда.

Тьма схлынула, покорно втянувшись в ладони Лорда Тилдора.

Я увидела, как обладатель прекрасного лица и не очень прекрасного характера трет затылок и морщится. Красноглазый же внешне почти не выказывал недовольства, лишь глаза его сверкали пугающей краснотой, которая, кстати, стала как будто темнее на несколько тонов.