Пробуждение Жрицы

Какое-то время, пока Марселу показывал Этьену, где отыскать дрова посуше, он всё ещё пребывал в своём взбудораженном настроении. Его даже воодушевила находка эльфа — здоровый куст со съедобными кореньями, которые решено было запечь. Но стоило им вернуться в пещеру, как неясная печаль навалилась на Марселу, вместе с человеческой усталостью. Он равнодушно укладывал дрова для бездымного костра, его безумно раздражала мокрая одежда. Марселу даже пару раз чихнул, впрочем, не он один. У Дамиана тоже щекотало в носу, но он не показывал вида.

Всё его внимание было сконцентрировано на разведении костра. Его заклинания, в отличие от магии Этьена, часто срабатывали не с первого раза, и сейчас упрямая искра, появляющаяся на кончиках пальцев, никак не желала разгораться.

Дамиан шмыгнул носом.

— Ты точно уверен, что не сможешь развести огонь? — спросил он у эльфа.

— Вся надежда только на тебя, Ди, — разочарованно заявил Этьен, разворачивая войлок. — Эти проклятые кандалы мне все руки истёрли. И я ужасно хочу переодеться.

Ты же сделаешь нам из этого что-то типа халатов?

— Я не уверен, что хватит сил, — признался Дамиан.

— Эй, не опускай руки раньше времени! — пожурил его Этьен и принялся разрывать на куски мокрую ткань.

Дамиан предпринял ещё одну попытку, в этот раз предусмотрительно подхватив сухой лист. Огонь тут же вспыхнул, и пламя, наконец, занялось. Оставив Марселу приглядывать за разгорающимся костром, Дамиан подошёл к Этьену.

— Оно же мокрое! — простонал он.

— Конечно, сначала надо высушить, — с улыбкой ответил эльф, снова указывая на свои оковы.

Дамиан выругался и склонился над куском ткани. Они вместе долго шептались, а Марселу то и дело бросал мелкий хворост и подпихивал коряги покрупнее. Рена сидела у самого входа не поднимая головы. Марселу уже несколько раз хотел позвать её, но почему-то не решался. Он испытывал странное смущение и неловкость. Она была такая несчастная, такая измученная, а Марселу просто не знал, как ей помочь!

— Лу, иди переодевайся! — отвлёк его Дамиан.

Ему всё-таки удалось сотворить чудо. Точнее четыре халата-рубашки. Три покороче и одна совсем длинная. Марселу вновь взглянул на Рену.

— Ей нужнее, — заметил он, но Дамиан был непреклонен:

— Я не буду экспериментировать на леди. А если она расползётся, едва ты её наденешь?

— Ты хочешь, чтобы я остался голым перед ней?! — возмутился Марселу, кивая в сторону Рены.

— Мы тебе сейчас ширму построим, — усмехнулся Этьен, подбирая другой наряд и завешивая им обзор.