Стажировка богини

Всё же Альфэй сильно задело то, что какая-то смертная посмела попросить её из ею же сотворённого мира. Теперь собственная «покорность» такому требованию показалась трусостью. Словно девчонка была права, а Альфэй ошибалась. Будто Альфэй всё же чувствовала вину из-за нападения на Сибилла и потому выполнила требование смертной. Хотелось вернуться и навалять Цин Мин по шее, а заодно и высказать всё, что она думает. Вот только желание объясниться, вновь подтвердило бы наличие чувства вины и потребность это сгладить.

— Нет уж! Я тут богиня или эта соплячка, в конце концов?! — от негодования на саму себя Альфэй топнула. — Не чувствую своей вины, не желаю извиняться и думать забуду об этом дурацком мире.

Впрочем, сразу поступить так, как планировала, Альфэй не могла. Для начала она отправилась в Золотой павильон к наставнику Ли. Сотворённый мир нужно было обсудить с ним, прежде чем окончательно выбросить его и всё что в нём произошло из головы.

— Оригинально, — первое, что сказал наставник, после передачи воспоминаний о её четвёртом мире.

— Стажёр А, ты решила, что тебя выгнали собственные творения? В моей практике еще не было такого, чтобы создания выгнали из мира своего творца. Убивали. Порабощали. Пытали. Пробовали контролировать, клонировать, получить потомство, изменить. Но чтобы просто выставили вон... Занятно-занято. Итак, какие основные выводы, ты сделала по итогу этого сотворения? Есть идеи, почему смертная попросила тебя уйти?

— Я ошиблась. Убийство сердечного демона — все равно, что попытка суицида, — поморщилась Альфэй от воспоминания о собственном промахе.

— Интересно, что в этом случае творения оказались сознательнее творца. Неужели так сложно принять то, что сердечный демон лишь кривое отражение тебя самой? На удивление миролюбивое. Всё же в этом случае совсем не агрессия легла в основу сущности.

— Да не могу я принять его как часть себя! Он же совершенно другой. Мы абсолютно разные.

— Верно. Сердечный демон, всё то, что ты отрицаешь и чему противишься в себе.

Каждая его черта — это твоя боль. В войне со своей болью невозможно победить. Боль можно только понять и принять, как неотъемлемую часть опыта. Найти те дары, которые она с собой принесла. Увидеть за её багровой завесой свободное пространство и выйти в просветление.

Альфэй тяжело вздохнула. Ей до просветления было как до Луны пешком, даже с учётом того, что на Небесах, та и казалась особенно близкой.