Стажировка богини

Нора оказалась круглой внутри с большим отверстием, в которое они оба легко прошли, пригнувшись, и скромным круглым окном, в которое при необходимости можно было вылезти.

Весельчак помог Альфэй набрать травы, чтобы застелить пол, и показал, где ближайший ручей для питья.

— Бабушка-лиса, я привёл тебе новую помощницу, — сказал Весельчак, обращаясь к низенькой бурой с проседью лисице, когда они подошли к группе лис, собиравших землянику.

— Слышала про новенькую. Бери корзину и приступай к работе, — подслеповато зыркнула на Альфэй та и вернулась к лисятам, которым показывала, как собирать ягоды.

Весельчак протянул сплетённую из прутьев корзину Альфэй и пристроился рядом, ссыпая ей пригоршни земляники.

— Старшие лисицы учат молодых: что и где собирать, как приготовить. Так что утром иди к своей Старшей, и она скажет, что делать. Ужины проходят на центральной поляне, позже я зайду за тобой — пойдём вместе, — напоследок пообещал Весельчак, оставив Альфэй собирать ягоды.

Монотонное занятие разбавляли разговоры лисиц и лисят.

Ягоды источали сильный сладкий аромат, а на вкус оказались сочными и сытными. Стало понятно, отчего про совместные завтраки и обеды Весельчак не упомянул, в течение дня тут каждый заботился о себе сам. Звериному организму хватало и одного плотного приёма пищи в день.

— Сок ягод пачкает мех, его нужно скорее смыть. Сестрица-лиса, идём с нами купаться, — окликнула Альфэй белошёрстная лисица с голубыми глазами, когда со сбором ягод было покончено.

Альфэй оскалилась, представившись в ответ, и присоединилась к группе лисиц. К реке маленькими компаниями пришли и другие лисицы и лисята, собиравшие вместе с ними ягоды.

Кожаные передники и фартуки, заменявшие здесь одежду, лисята и лисицы поскидывали на берег, устроив весёлую возню на мелководье. Вскоре вода стала мутной, и Альфэй окунувшись выше по течению, выбралась на берег.

По примеру других лисиц она отряхнулась от воды и попыталась натянуть обратно свою одежду. Тонкая ткань рвалась в лапах, а когда Альфэй кое-как натянула на себя платье, то поняла, что ходить в таком виде хуже, чем голой. От воды ткань стала прозрачной, облепляя второй кожей и не оставляя простора для фантазии.

— Нет, в этом ходить нельзя, — покачала головой Красавица, и подозвав мелкого лисёнка с похожим запахом, послала того за запасной одеждой.