Стажировка богини

Ещё до того, как запах Фэй потяжелел, налился сожалением и гневом, по стремительно распахнувшимся и сразу же зло сузившимся золотым глазам он понял, что просто не будет.

— Как ты здесь очутился? Это же невозможно!.. — Фэй вывернулась из его хватки, и Сибилла передёрнуло от налетевшего холода.

Он сел, ощущая потребность находиться как можно ближе к, вскочившей и заметавшейся по пещере, Фэй.

— Я очень сильно хотел тебя увидеть. Учился медитировать. Мечтал оказаться в том же мире, что и ты. Закрывал глаза и думал о переходе.

— Это плохо. Хуже, чем я думала… — забормотала она, пробегая от одной стены пещеры, в которой обосновался Сибилл, к другой.

Фэй пахла отчаянием и горечью утраты, она совершенно погрузилась в свои мысли и, казалось, даже не осознаёт, что он всё ещё здесь.

— Почему? Мы же наконец встретились, — для Сибилла именно это оставалось самым главным.

— Тебя не должно тут быть. Я всё для этого сделала, — отрезала Фэй.

— Так сильно не хотела меня видеть? — от прострелившей грудь боли, Сибилл задышал неглубоко и поверхностно.

Перед глазами помутнело от непролитых слёз.

— Теперь это не имеет никакого значения. Не вздумай больше приближаться ко мне.

— Но… почему? Разве ты сама не хотела быть со мной? Я думал, что теперь мы всегда будем вместе.

— Ладно. Этот момент действительно стоит прояснить. У меня была течка — период, в которой самке абсолютно плевать с кем заняться сексом. Так получилось, что во всём этом грёбанном… Короче, в мире этом нет людей. Я решила, что поскольку меня не привлекают запахи зверолюдей, то удастся пересилить себя.

Но тут появился ты, а тебя я знала, как человека и… В общем ты просто оказался единственным человеком в этом мире. А так-то мне есть с кем кувыркаться в постели.

— Кувыркаться в постели?.. — убито повторил за ней Сибилл, и слёзы всё же пролились.

Он был абсолютно прав, когда думал, что Фэй способна сделать ему очень и очень больно. Если вспомнить, она и раньше это делала… Никто, кроме неё не мог так глубоко его задеть и буквально утопить в отчаянии и боли.

Хуже того, теперь с ним не было Аи, которая помогла бы пережить сложный период и залечить раны.

— Какой же паршивый расклад, тёмные боги всё побери! Только я решила, что наконец-то у меня всё получилось, и тут снова ты. Да даже толпа спятивших от течной самки кобелей была бы не так ужасна. Как же от тебя теперь избавиться? Наставник говорил, что уничтожить не получится…

Наверное, у любой боли есть предел.