Печать Забытой магии

И пусть я макушкой доставала только до его плеча, пусть он был чуточку старше и владел магией, но в обиду себя я точно не дам! 

Методом крика, спора и снова крика, я выяснила, что ожившие для меня не опасны, они полностью подконтрольны Нейтану и если я не решу напасть на хозяина дома, ко мне будут относиться как гостье, а мне следует воспринимать их как прислугу. Также мне сообщили, что я свободно могу передвигаться по дому, главное, не рушить его. Во дворе гулять можно, но одеваться нужно теплее.

Рубашки из шкафа Нейтана, как выяснилось, лучше не таскать. Он так посмотрел на меня, когда признал в тунике свою вещь! Мне даже показалось, что в его глазах разгорелся аметистовый огонек. И это не фигура речи, в них действительно мерцал язычок пламени. Жу-уткое зрелище. Жуткое и завораживающее. Глядя на это явление, у меня снова дрогнули пальцы в желании взять бумагу и начать творить. Никогда не любила мужские портреты, но вот сейчас поняла – просто не было правильного натурщика. Интересно, а Нейтан согласился бы мне позировать? 

Пока я замечталась о художественном экстазе, Нейт снова окинул меня своим горящим взглядом и уже куда как спокойнее бросил:

– Будешь доставлять мне много хлопот и отвлекать от работы, запру в подвале с ожившими, будешь учиться тишине! 

– Чего-о-о?! Да ты совсем офонарел, что ли? Да иди ты со своими идеями! 

Я много чего еще хотела сказать, вот только мужчина слушать меня не стал, пробурчал что-то про дохлых слахов и вышел из моей спальни, так хлопнув дверью, что я аж присела.

А когда поняла, что он просто сбежал от дальнейшего разговора, гневно прищурилась.

– Ну все, хозяин Темных земель, это война! 

В подвал он меня закроет, разбежалась прям моськой в пол. Все дела бросила! 

Пыхтела и злилась я еще где-то час. За это время успела сложить аккуратно вещи в шкафу – те, что мне приглянулись, остальные же разместила на кровати, думая, куда бы их отнести. Убрала с пола оборванную ночью портьеру, а хорошенько подумав, сорвала и вторую, впуская в комнату дневной свет.

  Осмотрела при нормальном освещении комнату и полезла снимать балдахин. Да нафиг он мне не нужен, только чихать с него. 

В итоге в комнате остались голые окна, темная мебель и ковер. И как-то так тоскливо мне стало, что, сев на кровать, я крепко задумалась. Однозначно, в такой обстановке моя творческая натура жить отказывается категорически.