Хранилище

Тончайший батист, у меня сорочки грубее. Ох, любит же кто-то дорогие ткани. Повела головой по плечу. Пахло горькими травами, совсем немного потом и просто Рыжиком. Вор, преступник и жуткий бабник он никогда и ничего не позволял себе в отношении меня. Только глупые шутки, и те нечасто. Наверное помнил обстоятельства нашего знакомства, ту кучку придурков, которых я убила, пытаясь защититься. Защитилась, изнасилования не было. Только сама чуть не померла. Эти идиоты, когда поняли, что не только не получат желаемого, а еще и потерять что-нибудь могут, стали на диво агрессивны.

Вот и получились у нас его джентльменство немного на показ, моя бравада и самостоятельность в ответ. Исключительно дружеские отношения, в которые никто не верит.

Рыжий вернулся, еще и воды откуда то притащил. Разжег костер, поставил на него небольшую металлическую плошку. Воткнул по бокам палки и растянул мою одежду.

Проверил рукой уровень жара, не спалит ли, и только после этого сел напротив. Поерзал устраиваясь поудобней, подтянул рукава.

Устроился слушать.

– Я выросла у дроу.

Эд с шипением втягивает в себя воздух. Смотрит округлившимися глазами. Почти улыбнулась, знал бы он, как забавно выглядит.

[1] Кгрыл – Одно из мифических существ хаоса, любимое ругательство мастера

[2] Грынь - Демон из мелких, часто встречается в погребах, портит продукты, делает пакости, очень плодовит, трудно выводим. Одно из самых распространенных ругательств в человеческих королевствах

Глава 2

Глава 2. Наконец-то о деле.

– Как ты знаешь, после чистки, устроенной Кейрнидом Освободителем, эльфы ушли на свои земли.

По крайней мере, принято считать, что именно тогда. Дроу же перестали появляться еще раньше. Причин много, но важной для моего рассказа будет только одна, ее и назову. Темные эльфы больше не могли находится под светом солнца, нет, не не хотели, как раньше, а именно не могли, что делало их, великих воинов, очень уязвимыми. И они построили свои города. Многое и до этого находилось под защитой гор, но они увеличили владения. Дроу принято считать жестокими убийцами, это сыграло им на руку, их никто не беспокоил. Города накрыли защитными чарами, усилили границы и перестали выходить в мир без жесткой необходимости.

Не всем это нравилось. Мой мастер, – вздрогнула, произнеся вслух первый раз за долгие годы, – считал, что его народ вынужден сидеть как крысы в норах и не желал этой участи. Он путешествовал по миру и пытался найти лекарство, способ вернуться на поверхность.