Роман в пустоши

Я подняла голову и тупо уставилась туда, где только что было озеро, а сейчас сквозь заполнившую воздух пыль на меня двигалась стена воды.

Всякие остатки мыслей покинули меня, оставив только животную страсть выжить. Я рычала, скрипела забитыми пылью зубами, пыталась подняться, бежать, но ноги, словно на льду, проскальзывали на одном месте.

А потом сверху обрушились вода и тьма, похоронив под собой остатки Своры.

Свет вернулся так же неожиданно, как и раздирающая боль в груди. Крик родился в центре моего замутнённого сознания, но я никак не могла сделать вдох, забилась, задёргалась всем телом в охватившей панике, в глазах вновь стало темнеть.

Что-то перевернуло меня лицом вниз, воткнулось в живот, треснуло по спине, отчего по внутренностям пробежала судорога, и меня вывернуло водой. А потом ещё раз и ещё, а следом мне, наконец, удалось откашлять воду и сделать первый хриплый режущий вдох; тьма отступила.

Нагорье всё ещё тихо клокотало и возмущённо ворчало где-то глубоко под нами, но злые разрушительные толчки прекратились.

В том месте, где только что шли, весело переговариваясь, люди, в пропасть обрушивался водопад, бурля и унося вниз воду из безымянного озера.

Я оглянулась на какой-то звук. Пыль медленно оседала. В блёклой дымке, словно закутанные в саван, тоскливо маячили силуэты. Лаурсс в двух шагах распластался на камнях, словно прилёг поспать, прикрыв глаза и лоб рукой. Неподалёку Дарл привалился к крупному камню, Юлья перед ним на коленях, протирает ссадину у него на лбу. Поодаль, обхватив себя руками, замерла Шайлен: взгляд полубезумный.

Хотя вряд ли я сейчас выгляжу лучше. Вот кого ничего не берёт, так это Вотара с Эндором: как ни в чём не бывало пинают камешки на краю вновь образовавшегося потока. И больше никого на этой стороне. Я протёрла красные раздражённые глаза: раз, два, три... — семеро вместе со мной. Сердце медленно опускалось в пятки. Где же остальные?!

Отчаяние полностью охватило меня, когда я бросила взгляд назад, на ту сторону дикого потока, и увидела сквозь мутный воздух в лучшем случае десятка полтора человек.

Побитые, полуживые, всё ещё не верящие, что остались живы, что не оказались снесены бушующим потоком и разбиты о подножие скалы.

И это всё, что осталось от более чем сотни человек, вышедших всего восемь дней назад из Кор-Таюна!..

Я запоздало отметила, что плечи мои почему-то дрожат, болезненное дыхание снова сбилось, а вода на щеках — солёная. Меня забила крупная дрожь.

Всё это не со мной, не со мной.