Принц далекого Авалона

Он был в эту же секунду готов развернуть коня и помчать отсюда, куда глаза глядят. Но рыцари окружали его плотным кольцом, и мужчина вдруг всерьез задумался, охраняют они его или он слишком рано расслабился, и это все- таки конвой.

Он просто осматривался и пытался понять расстановку сил, пока отряд ехал к мосту главного замка. Мост был опущен, и на нем с другой стороны уже стоял мужчина с группой из человека три или четыре за его спиной. Он явно чего-то ждал. Или кого-то. Присмотревшись, Джон увидел, что мужчина светловолос, с правильными чертами лица, достаточно высокого роста и явно должен быть мускулист.

Его стать и широко расставленные ноги говорили о том, что, скорее всего, он тоже рыцарь и привык нести тяжесть доспехов. Но на голове у него был обруч, который отливал тем же цветом, что и золотистые волосы, и неожиданно замеченная схожесть черт подсказала Джону, что это вполне может быть его брат Эрик, ну или почти «его» брат.

«Но как я должен поприветствовать его?» - немного растерялся Джон.

–«А может, это он турнул своего недотепу-брата хрен знает куда, надеясь, что тот пропадет, потому что мешает ему тем, что является его наследником, и потому по закону темных времен просто вполне может сам его убить ради власти. Поэтому старший братец сам решил просто опередить и порешить родственничка? А есть шанс, что старший брат, раздраженный всего лишь элементарным слюнтяйством этого хлюпка, в теле которого я сейчас оказался, опять-таки решил от него избавиться?»

С точки зрения Джона все варианты имели место быть в этом странном мире дремучего средневековья, когда и в его-то современности такие случаи не были исключением.

«Природа человека везде одинакова и во все времена», - со вздохом подумал он, как ни печально это было осознавать Джону.

Хотя на данный момент он был в таком настроении, что, пожалуй, и сам точно бы что-то попытался изменить в таком горе-братике.

«И, кстати, надо будет этим заняться, если выживу сегодня и если злая судьба продолжит свою издевательскую и уже порядком затянувшуюся шутку с этим непонятным фактом моего пребывания в этом теле на подольше», - решил Джон.

Лицо Эрика, а это был именно он, в ожидании их было суровым, но в то же время черты благородным, таким, как все представляли короля Артура или других благородных рыцарей из легенд. Джон попытался понять, что тот сейчас думает или хотя бы его настроение, усиленно всматриваясь, но лицо мужчины было непроницаемым.