Не отпускай

Я ожидала, что сейчас комендант отворит ее, но вместо этого он пояснил:

- Внутрь вам нельзя, эрна. Блокаторы магии находятся снаружи, а там, внутри, бушует магия, ограниченная стенами. Она может вам навредить.

- Я поняла. Но как тогда…

Договорить я не сумела – пересохло во рту. А комендант Дореней опустил руку на стену, пробормотал неразличимое заклинание, и вдруг стена стала прозрачной. Даже не заметила, когда мой провожатый отошел в ближайший коридор, только услышала:

- Десять минут.

А там, за стеной, бушевала черная непроглядная тьма.

Она не давала ничего разглядеть, даже мебели.

- Эрнест! – позвала я, прижав ладони к преграде между нами. – Эрн?

- Ты?.. – раздался шипящий голос. – Явилась!

- Эрн! – Я все-таки заплакала, зашептала: - Милый, родной.

- Вы меня с кем-то путаете, Кристина Идейр, - все тот же голос, лишь отдаленно похожий на тот, который любила.

- Нет! Прошу…

- Не тебе просить меня. – Теперь Эрнест будто стоял ближе, и я чувствовала в его интонациях плохо скрываемую ярость.

– Мерзкая тварь! Обманщица! Думала, ничего не пойму?

- Ты все не так понял, я хочу помочь.

- Уже помогла!

И вдруг на мгновение тьма рассеялась. С губ сорвался вскрик, потому что передо мной был совсем другой человек. Все лицо Эрнеста искажали вздувшиеся черные вены. Тьма струилась из уголков глаз, как во время прорывов. Его кожа бугрилась, будто сила все время желала вырваться на волю, а на губах застыл безумный оскал. Он же так с ума сойдет! Магия испепеляет его!

- Эрнест! – пыталась до него достучаться.

– Как мне тебе помочь?

- Умри, будь так добра, - попросило мое наваждение. – Останешься со мной призраком, будем коротать ночи. Вечно! А потом я к тебе присоединюсь. Как думаешь, хотя бы мой дух сможет покинуть тюрьму?

- У Эла проснулась магия, ему тяжело. Чем ее ограничить?

- А зачем? – И снова на миг появилось это жуткое лицо-маска. – Зачем ее ограничивать? Все должны страдать! Ты так решила, маленькая дрянь.

- Не я!

- Я тебе не верю.

Эрнест подошел вплотную к преграде между нами.

Он не видел меня, только слышал. И, видимо, чувствовал, потому что его лицо очутилось почти рядом с моим.

- Я. Тебя. Ненавижу, - почти по буквам произнес мой любимый мужчина. – И если когда-нибудь отсюда выйду, ты умрешь, клянусь.

- Я люблю тебя, - ответила тихо. – И сделаю все, чтобы ты выбрался, только держись.

- Поздно. Меня уже нет. Будь проклята.

И тьма снова стала плотной.

- Эрнест! Эрнест! – закричала я, только ответа больше не было.