Клевер пятилистник

«Настоящему», а не «первому». Какая ирония в игре ее слов.

- А если не выйдет? – вкрадчиво спросила я.

- Скажи, что умираешь!

Небо не рухнуло, меня не пронзило молнией и стены не начали движение по кругу, однако правда об истинности ее треволнений была не хуже удара, вышибающего дух. Последние силы. Возможно, самую жизнь. Не знаю, на каких остатках гордости я приняла эту правду, смогла устоять на ногах, даже ответить.

- Я сделаю, как ты хочешь того.

- Когда?

Простой вопрос одним лишь тоном низвергал меня до уровня провинившейся прислуги.

Нет сомнений, матушка ожидала незамедлительных действий, а не странной умиротворенности, что позволила сказать:

- Как только представится возможность.

То, что я сжимаю в руке медальон с пятилистником, заметила лишь поднявшись к себе, когда потянулась к настойкам и не сразу разжала сведенные судорогой пальцы. На ладони четким контуром проступили очертания счастливого клевера и ободок кулона, напоминание о том, сколько времени есть и сколько нужно продержаться.

Пять месяцев против двух. Если подумать, целая жизнь. И огромная удача, если вспомнить об обещанных ранее тридцати днях. Так стоит ли проводить их в унынии? Стоит ли очернять из-за ослепленной страхом матери, опустившего руки брата и общества, коему проще отречься от оступившихся, чем поддержать?

- Опять задумались. Вам пора уже выпить лекарства, - напомнила вошедшая в комнату Тоя. Позвякивая ведром с горящими углями, она опустилась возле камина, намеренная растопить его на день.

Этот ритуал я наблюдала многие годы и могла по пунктам перечислить, что будет следовать за чем. Вначале она, расчистив топку от пепла, насыплет готовые угли, кочергой соберет их в идеальный круг, личный знак южанки, и, отступив на шаг, грациозным движением обрызгает его разжигайкой. И то, что совсем недавно тлело, вспыхнет огнем и будет до самого вечера поддерживать в комнате тепло.

Далее она поможет мне надеть повседневное синее платье с оторочкой из кружев, соберет мои волосы в строгий пучок под заколку по своему усмотрению, оставив свободной тонкую прядку у виска.

Затем сопроводит меня в малый кабинет, распахнет тяжелые шторы, растопит камин, подаст графин чистой воды. А после в старый ход событий добавится новый, и до самого обеда Тоя будет водить посетителей, чьи имена я внесла в список на сегодня. Обед, несомненно, пройдет без мадам Дега, но со стойким чувством вины.