Клевер пятилистник

- Прежде всего мне нужно ознакомиться с бумагами, - призналась я, помедлив. - И с реликвиями, несомненно. – Все же нужно взглянуть на реликвии, которое Самюэль оставил взамен земли.

- Я рассчитывал на это!

Бумаги легли на стол, рядом расположилась увеличивающая лупа, пудра для подтверждения отпечатка росписи и тонкие хлопковые перчатки. Такими пользовались, нотариусы, управляющие, адвокаты и прочие некровные родственники высокородных господ, коим вольно-невольно приходилось работать с защищенными от просмотра, подмены и похищения бумагами или предметами.

Я удивилась, вскинула встревоженный взгляд. Возможно ли, чтобы весовой сомневался в моем праве на титул? Это оплошность с его стороны или намек?

- Молодому графу вы их тоже предлагали?

- Я не могу об этом говорить, - аккуратно подбирая слова, ответил весовой. - На момент вступления вашего брата в права меня замещали. – Пауза, и он от темы перчаток перескочил к теме обмена: - Пресечь подобное решение я никак не мог. И до сих пор не понимаю, какие доводы молодой граф приводил в разговоре с моим заместителем.

Вероятно, у вашего брата, как и у отца, есть задатки дипломата.

Задатки транжиры, пьяницы и глупца имелись точно, дипломатом он себя еще не проявлял. Я отодвинула перчатки, бесстрашно взяла бумаги и принялась читать, краем глаза отметив, как разжались напряженные пальцы хозяина кабинета.

- Тем не менее, сейчас мы имеем что имеем, - словно бы сетуя, продолжил он, хотя голосом повеселел. - И именно поэтому я призывал вас на молебен.

Вначале через отца Ульго, он был вхож в ваш дом…

Мой взгляд в упор прервал его на полуслове.

- Был, – посчитала я необходимым подчеркнуть.

- Да-да, - весовой поднял руки якобы сдаваясь. - Как выяснилось, пресвятой отец повел себя недопустимо...

- Недальновидно, вы хотели сказать? – Я вернула свое внимание бумагам.

- Неразумно, - предложил он другой вариант и более меня не прерывал.

Печать и роспись оказались действительны, а небольшой участок, на который ранее я бы не обратила внимания, сейчас по площади был равен половине оставшейся в нашем распоряжении земли.

Виноградники на южном побережье… Те самые виноградники, на которые у меня были большие планы.

Удержаться от разочарованного стона удалось, но голос весового все равно наполнился тревогой.

- Вы отказываетесь исполнить волю отца?

Я промолчала.

- Понимаю, сейчас не самое легкое для вас время… Ускользающее, - подтвердил он свою осведомленность. – Но честное имя графа…

- Я все понимаю.