Не нападай

Рядом с ней, в нелепой клетчатой рубашке, заправленной за пояс брюк, стоит парень, который по габаритам мог соревноваться со мной, если бы мышечную массу можно было сравнивать с лишним весом. Он вплотную прилепился к хрупкой девушке, сжав ладонь на ее плече. Видимо это тот самый Андрей. Его похабная рука, что касается Миры вызывает отвращение. Раздраженно запихиваю фотографию между форзацем и обложкой, с глаз долой.

Между других страниц я нахожу красный кленовый лист, засушенные васильки, билет на какую-то христианскую музыкальную группу и маленькие записочки, написанные аккуратным витиеватым почерком.

На одной из них продублирована цитата из открытой мной главы: "Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится".

Правда ли это? Вздыхаю, заставляя пыльный воздух кружиться вокруг горящего фонаря.

Откуда-то из недр книги выпадает карточка и опускается на мои колени. На глянцевой поверхности пенящиеся волны вздымаются среди бушующих черно-синих вод, показывая ужасающее могущество бури на море. Белым шрифтом поверх снимка напечатано "storm".

Что-то во мне переворачивается, неприятным, тревожным комом застревая внутри.

Возвращаю полароид на место и мой взгляд цепляется за одну из строк Библии: "Тогда к Саулу пришел вестник, который сказал: - СКОРЕЕ ВОЗВРАЩАЙСЯ! Филистимляне устроили набег на землю", где секунду назад слова "скорее возвращайся" были выделены жирным шрифтом, но теперь ничем не отличалось от других.

- Совсем крыша поехала, - устало щипаю переносицу, отправляя поддерживаемые до этого страницы, в свободный полет. Перед моими глазами вновь возникают слова: "Возвращайся.

Иначе, когда твоя нога ступит в город, девушка умрет".

Несколько раз моргаю, чтобы понять, что страницы раскрылись на четырнадцатой главе третьей книги Царств и предложение звучит как: "А ты возвращайся домой. Когда твоя нога ступит в город, мальчик умрет."

Я либо окончательно чокнулся с этой девчонкой и ее вечерними молитвами, либо...

Не совсем понимая, что делаю, наугад раскрываю новую страницу.