Дом лекаря на пути ведьмака

Очень медленно…

Из-за воздействия сильнейшего яда рана наотрез отказывалась затягиваться и время от времени вновь начинала кровоточить. Лекарь останавливала кровотечение раз за разом. Иногда легко, иногда с трудом.

– Как тебе еще не надоело, – шутил Геральт, наблюдая за тем, как Али снова накладывала ему чистую повязку.

– А у меня есть выбор? – интересовалась в ответ девушка.

– Конечно, – Геральт отвечал с завидной порцией сарказма. Он знал о выборе намного больше, чем хотел бы знать. – Ты всегда можешь перестать лечить меня.

– Ну да... – порой Али позволяла себе усмехнуться. – А ты не думал о последствиях? Допустим, я перестала тебя лечить, и ты умер. Тогда мне придется тебя хоронить. Ты хоть представляешь, какой ты огромный? Как я смогу выкопать могилу под твои размеры? Я очень плоха, когда речь доходит до копания.

Геральт знал, что Али шутит, а его лечит совсем не потому, что это легче, чем копать могилу. Кажется, Али была из числа тех, кто прячет доброту за юмором, а все из-за того, что быть добрым опасно и непопулярно.

Ведьмак старался не напрягать Али. Она и без того уставала, хоть и не подавала виду.

То и дело Геральт порывался встать и самостоятельно сделать хотя бы пару шагов. К счастью или сожалению, у него это не выходило, и Али с присущей ей осторожностью ругала ведьмака за необдуманные поступки.

– Куда? Куда ты опять собрался? – спрашивала лекарь, уютно накрывая уложенного обратно ведьмака покрывалом. – Еще рано.

Однако Геральту было непривычно целыми днями лежать и ничего не делать.

Его раздражала невозможность идти куда-то, наблюдать за сменой пейзажей, находить работу и выполнять ее. И он не знал, куда деться от тоски по своей былой жизни. Вероятно, по этой причине Геральт порой сам выходил на разговор. Он хотел отвлечься от раздражения.

– Твой дар... – начал однажды ведьмак, когда он и Али сидели рядом на постели после очередного осмотра. – Откуда он? Наследственный?

– По правде сказать... – пожала плечами Али. – Я не знаю. Мне неизвестно, кем были мои родители.

– Сирота?

– Да.

Геральт заметил, что эту тему Али не очень-то стремится развивать, хотя обычно легко идет на разговор. Так что ведьмак вернулся к тому, с чего начал.

– Когда проявился твой дар? – спросил он.

– Мне было лет 5 или 6... – начала рассказ Али. – Я жила в сиротском приюте... Ничего особенного и интересного не происходило, но как-то раз мальчики, которые тоже жили в приюте, стали играть… в воина и мантикору.

Али улыбнулась.