Школа безумия

Он сделал предложение, и они назначили дату свадьбы на осень. Такой счастливой Оливию Карен еще не видела. Она явно была влюблена в Филипа, постила в «Фейсбуке» его фотки, отмечала места, куда Филип приглашал ее на свидания, обильно снабжала обновления статуса их отношений с Филипом сердечками-смайликами. Она даже призналась Карен, что ей не терпится родить ребенка. Все шло отлично, а потом – здесь Карен умолкла и покачала головой – Филип сделал это снова.

Кортни сделала большие глаза.

– Он снова ей изменил?

– Да.

Мне захотелось заткнуть уши, чтобы ничего не слышать. Это были просто сплетни, и мне казалось, что они оскорбляют память Оливии. Но эта последняя фраза вызвала у меня любопытство.

– Тогда как она узнала?

– Эта сука прислала ей фотографии!

Последнюю фразу Карен почти выкрикнула, чем привлекла внимание сидевших во внутреннем дворике. Люди обернулись на нас, но она смерила их таким разъяренным взглядом, что они поспешили отвернуться, после чего она вновь переключила свое внимание на нас.

– Девушка, с которой изменил Филип, отправила снимки? – переспросила Кортни.

– Да. Нет, вы можете в это поверить? Кто вообще так поступает?

Что-то не складывалось, и я покачала головой.

– Погоди минутку. Ты говоришь, что Оливия покончила с собой, потому что Филип изменил ей во второй раз?

Карен выглядела разъяренной, как будто все это происходило снова. Я представила себе, что если бы Филип решил сорвать поминки, она бы набросилась на него с бейсбольной битой.

– Именно это я и говорю. Я это к тому, что Лив постоянно страдала депрессией. Она могла регулировать свое состояние с помощью лекарств, но когда эта сука прислала снимки, это ее сломало. Она позвонила мне вся в слезах и сказала, что он сделал это снова. Я же просто… – Карен умолкла внезапно как будто пристыженная. – Я сказала ей: мол, чего ты еще ожидала? Кто изменил хоть раз, изменит снова. Наверное, я ляпнула это зря. После того как ее нашли, первое, что я подумала: возможно, если бы я не…

Она умолкла, к глазам подкатились слезы, тушь снова растеклась по лицу.

– Ты же знаешь, что ты здесь совершенно ни при чем, – мягко сказала Кортни, протягивая Карен бумажный носовой платок.

Карен вытерла глаза и шмыгнула носом.

– Знаю. Просто я… Я была так бездушна с ней. Мне следовало проявить участие. Понимание.

– Зачем той девушке было присылать Оливии эти снимки? – спросила я.

– Бог знает.